Адвокат Зверя

Конечно, какой Лоусон? Столица была бы вся окутана артефактными огнями, а тут жалкие потуги на магические защиты. Мы находимся на крыше гостиницы, вон макушка каменного коня, которого я поднимала на разминке, а конкуренты думали, что в команде Лоусона состоит потрясающей силы человек.

Я посмотрела на себя и ужаснулась. Тонкая ночнушка прибивалась ветерком к обнаженному телу, на рукавах и кружевах ворота краснели мелкие капли крови. Когда я, подскакивая, дернула рукой, брызнула кровь из ранки, которая из-за слюны Криса не отрегенерировала.

— В дребезги небеса, — выругалась я, — думала ты мне снишься.

Крис посмурнел, тоже встал, поднимая плащ, на котором мы сидели.

— Я еще не знаю всех возможностей новой силы. Позвал тебя и так радовался, что ты отозвалась… Вот дурак!

Он поднял голову к небу, кадык ходил по его шее.

— Ничего страшного, — твердо сказала я, — с кем не бывает.

Вампир яростно и горько расхохотался.

— Ты опять меня успокаиваешь! Я поднял тебя с кровати, выпил кровь, ты все это время думала, что спала.

От него веяло аурой, заставляющей восхищаться и благоговеть, но на меня она уже действовала. Я закрылась и была взбешена.

— Знаешь что, найди себе кого-нибудь беспомощного и желательно больного, чтобы заботился только ты. А я воспринимаю любовь как равное партнерство, где мою помощь примут с благодарностью, а силу — с уважением.

— Ты про этого тигра, который ловил слюну у нас под дверью? Или про примарха, который вспоминает о тебе, когда ему хочется почесать чресла? Двух животных, которые воспринимают секс как нечто отдельное от любви.

— Я про сильную личность, которую не смущают мои возможности, а они растут, к твоему сведению. Итан надежен как скала, в отличие от тебя. Знает, что такое верно любить. А про Люшера знать не знаю, нас связывает только дело. И да, я тоже животное.

Я сузила глаза. Крис замер, холодно глядя на меня.

— Что ж, я воспользуюсь твоим советом и найду кого-нибудь… нежного. Кстати, насчет дел.

Вампир накинул плащ и ушел, оставив меня одну на крыше.

Вокруг стало еще темнее. И совсем тихо.

Мне предстояло идти в комнату и объяснять Итану, куда я ходила ночью в таком неподобающем виде. И почему моя рубашка в крови.