Адвокат Империи 9

Потому что эта информация нужна мне самому. Слишком много совпадений. Райновский, который практически не появлялся в собственной фирме, почти целиком и полностью отдав её на откуп Лазареву. Артём, его сын, ушедший с престижной должности и отдавший место сыну Павла. Трастовые фонды, которыми владел сам Райновский.

Непонятная начальница отдела кадров, в конце концов…

И проблема, как я уже сказал, не в том, что Громов не мог эту связь найти. Проблема в том, что у него не хватало определённого рода навыков, чтобы увидеть ту ниточку, за которую нужно потянуть, чтобы распутать этот клубок.

И тут у меня имелось преимущество. Я знал, что именно надо искать. Ну или, по крайней мере, думал, что знаю.

— Мне нужен будет ключ от этой квартиры, — сказал я после недолгого раздумья. — Выносить отсюда эти бумаги я не хочу."

"— Хорошо, — хрипло произнёс хозяин дома и полез в карман за ключами.

— Ты что, на связке сразу два носишь?

— Ещё тупые вопросы будут? — резко спросил он, вынимая из кармана брюк небольшую связку из пары ключей на кольце-брелоке.

Что-то глухо стукнуло об пол, когда он вынимал их из кармана. Повернувшись на звук, я увидел маленький золотой отблеск от упавшего на пол предмета.

Видимо, осознав, что именно случилось, Громов начал озираться по сторонам в поисках пропажи, но я его опередил, просто нагнувшись и подняв оброненный предмет.

— Патрон? — Я удивлённо посмотрел на свою находку.

— Дай сюда! — рявкнул он, едва ли не силой вырвав её из моих рук.

— Ты нафига патроны в кармане таскаешь?

— Не твоего ума дело! — гаркнул он, быстро спрятав его обратно в карман.

Это походило на взрыв. Извержение вулкана. Стоило ему схватить патрон, как на меня полыхнуло такой обжигающей ненавистью, что я едва шаг назад не сделал. Редко когда я испытывал такое ошеломляющее чувство.

Столь сильное, что я в какой-то момент не сразу смог определить, где чужие эмоции, а где мои собственные. Будто снова оказался на том концерте или выступлении Евы, погружаясь в чувства десятков и сотен людей.

Только сейчас передо мной стоял один Громов наедине с чудовищно сфокусированной и не без труда контролируемой яростью.

И сфокусирована она на этом маленьком, блестящем латунью патроне.

Видимо, осознав свою вспышку, Громов тихо выругался, снял один из ключей с кольца и бросил мне в руки.

— На, — проворчал он, отвернувшись от меня. — Забирай. И не вздумай здесь бардак устраивать.

— Да больно надо, — отозвался я, отворачиваясь и снова осматривая стоящие у стены стеллажи.

Да.