Адвокат Империи 9

 — Я видел, что что-то не так, но Елена убеждала меня, что просто устала и…

Его голос сорвался. Мужчина выглядел так, будто постарел лет на десять-пятнадцать за то время, что мы с ним не виделись.

— Вы знаете, в чём причина? — задал я очевидный вопрос.

— Думаю, что ты и так всё понимаешь. Тебе удалось узнать…

Я покачал головой.

— Нет.

— Ты обещал, что… — попытался было возразить он мне, но я быстро его перебил.

— Обещал. И я искал информацию. Но никто не оставил мне номер долбаной магической техподдержки, где быстро подскажут решение этого вопроса.

Я не стал говорить, что если уж он со своими ресурсами не нашёл решения за столько лет, то чего ожидал от меня за пару недель.

Пройдя по коридорам, Распутин привёл меня к двери. Стоящие на страже охранники тут же расступились, позволяя нам пройти.

Это была её комната. Елена лежала на постели, накрытая до груди тонким одеялом. Её грудь прерывисто вздымалась и опускалась в такт тихому миганию подключённых медицинских приборов.

"— Её жизненные показатели падают, — тихо сказал стоящий рядом со мной Григорий. — Лекарства не помогают. Артефакты… даже те, что хранились в моих личных запасах, лишь выигрывают немного времени. По моим расчётам она должна была умереть шесть часов назад. Может, чуть больше.

В каждом слове звучала боль. Мне почти что физически трудно было слушать его, глядя на лежащую на постели девушку.

Ну вот я здесь. Приехал. Просто не мог не приехать, когда Распутин позвонил мне и сообщил, что происходит.

Только вот что мне делать?

— Это ведь оно, да? — уточнил я. — Последствия заключения договора с Ильёй Разумовским?

Распутин коротко кивнул, не сводя глаз с лежащей на кровати девушки.

— В чём заключалась суть договора между вашим сыном и моим отцом?

Он ответил не сразу.

— Послушайте, Григорий, — вздохнул я. — Не знаю, в чём именно причина, но мы оба понимаем, что она не доживёт до утра. Я сюда приехал сразу же, как только вы мне позвонили. Так что давайте не будем играть в молчанку, окей? Рассказывайте уже.

— Илья со своим отцом спасли ей жизнь, — произнёс Распутин. — У нашей Реликвии есть… тёмная сторона, скажем так.