Адвокат дьявола

– Майра, мистер Бойл у себя?

Она уставилась на него большими карими глазами, но на лице его была непроницаемая улыбающаяся маска.

– Да, – наконец ответила она.

– Он сможет принять меня в ближайшие десять минут? Я подожду в кабинете.

Каким крошечным и жалким казался ему сейчас этот кабинет, где он прозябал три года! Кевин чуть не рассмеялся, входя туда. Стол вполовину того, что дожидался его в Нью-Йорк. Он почувствовал себя Гулливером в стране лилипутов.

Или как человек, ""пересевший"" с ""форда"" на ""мерседес"".

И что его удерживало здесь после успешного завершения дела Лоис Уилсон? Он осмотрел папки на столе – подросток, угнавший машину, чтобы прокатиться, завещание, которое он составлял для Бенджаменов, и штрафная квитанция, которую требовалось вручить Бобу Паттерсону. Какое убожество!

Плюхнувшись в кресло, он вызывающе задрал ноги на стол, чего никогда не делал. Прощай, чулан! Прощайте, тщетные надежды, юношеские грезы и зависть к власть предержащим, прощайте, куцые обывательские мозги и примитивное существование.

Здравствуй, Нью-Йорк!

В это время позвонила Майра.

– Мистер Бойл может принять вас, мистер Тейлор.

– Замечательно!"

"Внезапная пустота в желудке напомнила о том, что он навсегда расстается с этим отрезком своей жизни. Вскочив, он напоследок огляделся, и, отвернувшись, зашагал к Бойлу объявить о своем решении.

Брови бывшего шефа сошлись на переносице, точно гусеницы.

– Так это новое предложение...

– Санфорд, вы знаете, что мне предложили? Двойной оклад против того, что я имел бы в вашей фирме, даже при полном партнерстве.

Брови Бойла уползли куда-то на лысину.

– Я буду работать на ""Милтона и партнеров"".

– Не слышал о такой фирме, – с сомнением покачал головой Санфорд Бойл.

Кевин пожал плечами. Это его ничуть не удивило. На языке уже вертелось: ""А о чем вообще вы слышали за пределами этого мирка? Да, Санфорд, поверьте, там, снаружи, существует и другой мир: огромный и прекрасный"".

Конечно, он не сказал этого. Предупреждение Мириам сработало.

Он прикусил язык и вернулся в свой бывший кабинет забрать личные вещи. Ни Майра, ни Мэри, ни Тереза не заглянули к нему пожелать удачи. Когда он переносил коробку к машине, они посмотрели на него разочарованно и неодобрительно. Он списал это на их ограниченность. Типичные провинциалки, лишенные амбиций, жалкие люди, замкнутые в своих смешных притязаниях. Как это типично с их стороны, думал он, порицать меня за стремление сделать карьеру.