Ад находится в Камбодже

Пять лет в кресле главного милицейского контрразведчика позволили Виталию Сергеевичу создать для себя колоссальную информационную базу, объему которой наверняка позавидовал бы сам Видок.

Вторая генеральская звезда и переход в замы министра МВД нисколько его не обрадовали, как, впрочем, и не огорчили. Он прекрасно отдавал себе отчет, что выше по этой лестнице уже не взберешься — как говорится, у маршала есть свой сын. За свое будущее Ремизов нисколько не переживал, так как давно нашел для себя новое поле деятельности и долгие годы старательно его удобрял и обрабатывал, чтобы результат получить с первого раза.

Да и пакостей не боялся, его тылы были надежно укреплены: уходя на очередное повышение, он каждый раз на прежнем месте службы оставлял своего человека (на которого, к тому же, имел компру в своем архиве). Все было готово: и трамплин для большого прыжка, и поле, на котором заколосится золотой урожай, да что там золотой — платина с бриллиантами. Главное, сейчас начать свой разбег. В качестве «стартового двигателя» он выбрал беспроигрышный ход — группа высококлассных ликвидаторов… А когда на кону стоит собственная жизнь, даже несметные сокровища ничего не стоят. Страх — лучший стимулятор для переговоров.

Поправив ослабший узел галстука, генерал-лейтенант Ремизов наконец остался доволен своим видом, весь его прикид выглядел идеально. Обычно на службу он приходил в форме, но сегодня был особый случай, а генеральский китель наверняка демаскировал бы его инкогнито.

Выйдя из спальни, Виталий Сергеевич спустился на первый этаж.

Здесь его ждал крепкий горячий кофе, свежие тосты с хрустящей корочкой — все, как он любил. Домработница знала вкусы хозяина и старалась угодить. Замминистра уже давно обосновался на служебной даче вдали от семьи. Единственная дочь вышла замуж и жила в Питере со своей семьей, жена поселилась в их городской квартире, а так как они не состояли в официальном разводе, то встречались в те редкие дни, вернее сказать, вечера, когда были приглашены на какие-то великосветские рауты, которые в одиночку не принято посещать. Впрочем, эти обстоятельства не особенно заботили Ремизова: генерал был азартным трудоголиком. Очередное дело захватывало его больше любой страсти, и он старался его довести до конца как можно лучше. В кулуарах министерства его называли Тигром, но не в честь полосатого хищника, а подразумевая тяжелый фашистский танк. И действительно, его не получалось ни подбить, ни заставить свернуть с намеченного пути.