А в Ростове снова дожди

Ей было страшно. Жуткий и липкий, этот страх завладел ее разумом, ее телом, и не давал спокойно вздохнуть. У нее внутри ребенок. Сейчас он ждет решения своей участи. Возможно, завтра в обед его уже не будет. Вика никогда не узнает, каким он мог бы стать. Сын или дочь, похожий на нее или на Вову. Она никогда не услышит, как он смеется, как называет ее мамой.

Меньше всего на свете она хотела сейчас ребенка. Что угодно, только не материнство. Конечно, все еще можно исправить. Завтра, в десять часов утра. Она просто заснет, а когда очнется, испытание останется позади.

И она будет свободна. Никто ничего не узнает. Даже Владимир.

Вика зажмурилась. Его руки, губы, мягкий, бархатистый голос. Убив в себе ребенка, она предаст его. Он никогда не простит ее. Так же, как и не простил свою первую невесту.

В телефоне на стиральной машине завибрировало сообщение. Она вытерла слезы, потянулась мокрой рукой за телефоном. Письмо."

"«Что бы не происходило в нашей с тобой жизни, моя милая Вика, все переживания со временем померкнут.

Останется только настоящее, искреннее. То, что навсегда поселилось в твоем и моем сердце. Наша любовь. Откуда я это знаю? Просто чувствую. Когда два человека созданы друг для друга, по-другому не может быть. Ты и я, случайно столкнувшись под проливным ростовским дождем, оказались двумя половинками одного целого. Теперь, каждый раз, когда в нашем городе идет дождь, я вспоминаю тебя. Нас обручил проливной дождь. Все смоют дожди, моя милая Весна. Останется только любовь».

Она закрыла лицо руками и начала медленно биться головой о кафель.

Потом, осознав, что, если продолжать это делать, можно разбить голову, остановилась. Убрала телефон и выбралась из ванной комнаты. Она должна сказать ему про ребенка. Он отец и имеет право знать о нем. А если он откажется… Что ж, тогда Вика поедет вместе с мамой в клинику к десяти часам утра.

Сразу же захотелось увидеть Вову. Прижаться к его груди, вдохнуть его запах, такой приятный и мужской. Услышать от него, как он скучал по ней.

Вика проскользнула в свою комнату.

Мать закрылась в спальне и не слышала ее шагов.

Девушка быстро оделась. Украдкой вызвала такси. Бросила взгляд на часы. Половина десятого. В Ростов она попадет к полуночи.

«Ну и что? Главное, я увижу его. Посмотрю ему в глаза… Ведь Ирина Викторовна очень хорошо умеет манипулировать людьми. Возможно, у Вовы в сердце есть только я одна. Иначе он бы не писал мне письма», – дрожащими руками собирая в сумочку телефон и деньги, успокаивала себя она.