А кто у нас муж?

Врач не уставал повторять, что я не в рубашке родилась, а в бронежилете. Вообще, ранение в плечо очень опасное, без операции и долгой реабилитации почти никогда не обходится. Другим двум прохожим повезло меньше, но хоть все живы, слава богу.

Скорая приехала быстро, все-таки самый центр. Помню, как на меня упал какой-то мужик, как жутко жгло плечо, я даже сознание потеряла ненадолго.

А потом белая палата, снова все белое вокруг. И Рыжий рядом, взъерошенный такой и лицо серое. И Барсукова зареванная.

Вот так и отметила день рождения.

Никогда не забуду. Узкая неудобная койка, жуткий запах лекарств и цветы. Пусть в вазах стоят, главное, чтобы не на могиле. Палата небольшая, но все вместились — Даня с Варей и Ледневым. Еще пара здоровых мужиков, как я поняла, полицейских. Ну и, конечно, Старый Хрен. Куда же без него. Где он был и его держиморды, когда в меня стреляли?!

Данька явно перепсиховал, держит мою руку в своей, а пальцы подрагивают. Ему бы хряпнуть сейчас грамм сто хотя бы, и легче станет. Так не пьет же, трезвенник!

Менты задали буквально пару вопросов, кажется, больше для проформы, видимо, и так уже все знали.

— Луиза! Там Луиза была! И твой отец! — Вдруг вспоминаю о Полянском и брюнетке. Смотрю на Рыжего. — Она…

— Тише, тише, Маш. Мы знаем. Это она мне позвонила…

— Да она…

— Все завтра. Тебе отдыхать надо. Папе твоему ничего не сказали. Он сам только из больницы вышел…

Какой отдых?! Да что вообще там случилось? Почему в меня стреляли?!

Но мне опять ничего не говорят. Только спрашивают, как я себя чувствую.

Как-как? Хреново! Меня убить могли! Плечо болит, несмотря на лекарства, и еще страшно. Очень страшно. Однако в ту первую ночь в больнице спала на удивление хорошо. Наверное, организм уже сам себя решил отключить.

Что произошло на улице я узнала только пару дней спустя. А до этого вереница врачей, каких-то анализов. Даже психолога ко мне подогнали. Три раза пришлось общаться прежде, чем меня оставили в покое. Но все равно сказали посещать мозгоправа после выписки. Ну и Рыжий рядом.

И не только в часы посещения. Они с Барсуковой свой график составили, я крайне редко была одна. Даже Айс однажды полчаса меня развлекал. С Жаровым на пару. Папа приезжал, слава богу без мелких. Ну вот зачем ему все-таки надо было говорить?! Сказал мне, что Мила пока так на развод и не подала. Но были и куда менее приятные гости. Притащили цветы от Савельева. Хорошо ему хоть не пришло в голову самому объявиться. Веник его я отдала самой противной медсестре.