#8-Дань Псам

Да, еще один конченый мужчина.

Казалось подходящей шуткой, что луна распалась в ночном небе; но радоваться столь дурному знамению трудно. У него нет крутизны Раллика, слои рубцов не легли доспехами на душу. Она многое дала ему, но Резак не стал точным отражением Апсалар. Ему не дана способность заглушать отвращение, нежелание убивать; мысль о “возмездии” кажется ему пресней тюремной каши. Уж она такого не чувствует.

Он скакал по улице.

Псы его знают, и если это имеет значение, бояться сегодня ночью ему нечего.

Иногда случайные беженцы пересекали дорогу.

Словно отчаявшиеся крысы. Умы их забиты мыслями об убежище, с лиц исчезло все человеческое. Жажда выжить подобна лихорадке, от нее глаза становятся белыми, как у вытащенной на берег рыбы. Резак смотрел на людей - и чувствовал, как разрывается сердце.

“Это мой город. Даруджистан. Голубые Огни. Он такого не заслужил”.

Нет, он не боится Гончих Псов. Он их презирает. Учиненное ими разрушение так бессмысленно, так бездумно. Не похоже, что за этим стоит Котиллион.

Тут пахнет Темным, его переменчивостью, его холодной жестокостью. Он отпустил зверей порезвиться. Полакать крови, погрызть костей. Погреться в пламени, погулять в руинах. Весь этот страх, все эти бедствия… чего ради?

Неудобное или нет, но копье как будто утешало его руку. Да, если только Темный Трон покажется, он найдет, куда его вонзить.

***

Там, в крошечном совершенном мире, луна остается невредимой, сияет чистым светом. Было время, поняла Чаллиса, когда она сама была такой же. Незапятнанной, не склонной к убогим компромиссам.

Ей еще не хотелось скоблить грязную кожу, протирать остекленевшие глаза.

Женщины и мужчины в самом важном одинаковы. Они приходят в мир с талантами, с предрасположенностями, с лицами и телами привлекательными или не очень. Они пользуются тем, что им дано. Перед ними встает выбор, перед каждым из людей. Для некоторых сделать выбор легче, чем для других, им так хочется стать желанными, они видят протянутые руки и считают: вот кратчайший путь. Так мало нужно усилий.

Только улыбайся и не мешай бедрам раздвигаться.

Но пути назад нет. Такие пятна не отскоблишь. Луна сияет чистотой и красотой, но только потому, что навсегда заперта в шаре.

Она смотрела в небо, видела, как куски вращаются вокруг быстро чернеющей сердцевины. Движение, казалось, все более замедляется; ей почудилось, что обломки падают внутрь, обратно, а пыль разлетается, формируя копье, и это копье пронзает остаток луны.

“Пыли снится мир, которым она была.