Обнаженный любовник

Он что, в гробу?!

Глава 19

Нэйт смотрел на женщину, о которой думал весь день, и чувствовал себя подвешенным в воздухе, хотя его ноги не отрывались от земли. Она была такой, какой он помнил: ее светлые волосы струились из-под капюшона, закрывавшего голову, а руки были спрятаны в складках длинной черной мантии. И, как и раньше, она стояла в стороне, одна.

— Привет, — сказал он, поднимая руку.

Когда она отступила на шаг, он выставил перед собой ладони.

— Я не причиню тебе вреда, обещаю.

Дальше она не отходила, но оглянулась, словно хотела убедиться, что сможет сразу убежать.

— Я — Нэйт. — Он указал на свою грудь… и почувствовал себя жалким. Ну кто так начинает знакомство? — Ты… ты вернулась, чтобы снова взглянуть на нее?

Она смотрела на яму в земле.

— Это было потрясающе, правда? Кто бы мог подумать — метеорит! Здесь!

Нэйт откашлялся и захотел подойти к ней поближе. Но оставался на месте и, как идиот, говорил громко, хотя их разделяло всего шесть или семь футов.

Сквозь шум абсолютно тихого, беззвучного леса.

Боже, какой он идиот.

— Мы с моим приятелем Шули работали. — Он указал большим пальцем через плечо. — Мы помогаем ремонтировать дом вон там, через поле. Ну и, в общем, мы видели вспышку света в небе. Ты видела вспышку? Невероятно просто. Так… а, а ты откуда?

Отлично. Следующее, что он спросит, это как часто она сюда приходит. Какова ее профессия, хотя они были вампирами, а не людьми.

Такая игра. А он ведь даже не любил алкоголь.

— Я живу в городе. Со своими родителями. — Нэйт добавил вторую часть, чтобы казаться более открытым. — Ты живешь со своими?

Ну не с парнем же. Огромным, как Мёрдер, и ревнивым, как сторожевой пес. И который, скорее всего, оторвет Нэйту все конечности одними зубами и закопает во дворе.

— Моя мама — ученый. Мой отец… — Нет, подождите, он не собирался говорить о Братстве Черного Кинжала. — Он — воин… — Нет, он не должен упоминать Короля. — Он заботится о людях.

Голова женщины снова повернулась к кратеру, и он смог хорошо рассмотреть ее профиль. Он был… ну, так же прекрасен, как и анфас. Черты ее лица были красивыми и гармоничными, глаза глубоко посажены, а рот сиял вкраплением розового между носом и подбородком.