Обнаженный любовник

Сэвидж, зависший над полом в целом футе, обнажил клыки от адской боли, вены на его шее лезли из кожи.

— О, и кстати, — добавила демон. — Его жизнь — твой таймер. Когда он помрет, твое время кончится, и хотя у меня есть другие варианты, он отбросит ролики. Или коньки? Никак не запомню.

Мэй посмотрела на ванну. Перевела взгляд на Сэвиджа.

Когда их взгляды встретились, она знала, какое решение примет прежде, чем осознала, что стоит перед выбором.

Стоя перед источником невероятного разрушения и хаоса, Мэй поняла, насколько разрушительной была сама.

Сэвидж не был трусом. Это она трусиха.

— Забери Книгу, — громко сказала Мэй. — Просто возьми ее. Мне изначально не следовало становиться на этот путь.

Когда она швырнула тяжелый фолиант, на лице демона расплылась полная радости улыбка, ярость исчезла, остался лишь восторг. А потом она прижала отвратительный том к своей шикарной груди.

На мгновение она закрыла свои черные глаза, будто испытывала облегчение.

А потом ее глаза широко распахнулись.

— Спасибо, — сказала она со странной искренностью. — Ты поступила правильно. И мне жаль твоего брата. Но, честно говоря, не стоит баловаться со смертью. С этим осторожничаю даже я.

В коридоре, напряженное тело Сэвиджа медленно опустили на пол. А потом он встряхнулся, словно сбрасывал оковы.

— Мэй, — выдохнул он, протягивая руки…

Без какого-либо предупреждения его голову резко провернули до хруста, и тело кулем рухнуло на пол.

Брюнетка шагнула, виляя бедрами, и вскинула указательный палец.

— Ха-ха, шутка!

— Сэвидж! — закричала Мэй изо всех сил.

Глава 61

ОМБ[60], горячая вышла ночка, подумала Девина, изящно уходя с пути вампирши. Она изначально была в мерзком настроении, но это выражение трагических чувств? Фу.

Хотя, это было лучше секса.

Лучше середнячкового секса, который был у нее в последнее время. А тут она заполучила Книгу.

— Хотя мы с тобой еще поговорим с глазу на глаз, — пробормотала она фолианту. — Плохая, плохая Книга. Ты была очень плохой.

В тесном коридоре вампирша нежно перевернула своего мужика, голова на свернутой шее болталась из стороны в сторону, безжизненный взгляд упирался то в пол, то в стену… о, уже в потолок.

— Можешь попробовать рот в рот, — предложила Девина, — но вряд ли это поможет."

"Женщина рухнула на огромную неподвижную грудь и буквально завыла.