Обнаженный любовник

"

"Ощущение воронки закончилось хлопком, когда что-то холодное и твердое ударило его по щеке… и он задал себе вопрос, кто заехал замороженным лососем в его челюсть, как бейсбольной битой. Вот только это не нападение бешеного вегана. Это — бетонный пол, на котором он стоял, стремился обхватить его тело и удержать.

Подождите, чушь какая-то.

И разве это не прекрасно? — подумал он, когда зрение исчезло, хотя его веки все еще были открыты.

Может, хоть в этот раз, — подумал Сэвидж, томясь от нетерпения.

Он на мгновение удивился, когда зрение вернулось, но затем Сэвидж понял, что другой ослепляющий свет привлек его внимание. Поначалу он решил, что это Забвение, но нет. Источник исчез. А потом появился еще один. И другой…

Разъезжались машины, освещавшие зону ринга.

И кто-то стоял над ним.

Женщина… та, что кричала на него. И даже истекая кровью, он внимательно изучил ее.

Лучше так, чем наблюдать жизнь, промелькнувшую перед глазами.

Она была высокая, одета просто, джинсы и плотная толстовка не соответствовали вычурному, откровенному дерьму, которое носили собравшиеся в гараже. Ее волосы зачесаны назад, так что было трудно сказать, какого они цвета, ее лицо было угловатым, с высокими скулами и сильной челюстью, а впавшие щеки наводили на мысль, что какое-то время она голодала.

Какого черта она забыла в подобном месте?

Когда тронулась еще одна машина, яркие синие фары осветили женщину и ее широко распахнутые испуганные глаза.

— Уходи, — сказал он ей. — Оставь меня.

Когда она не двинулась с места и не подала виду, что слышит его слова, Сэвидж подумал, не говорил ли он только в своей голове…

Сэвидж зашелся в слабом кашле, в его легких не было воздуха. И, черт возьми, его рот был полон меди.

Женщина огляделась, и тогда он увидел ее «конский хвост». Темные волосы, но со светлыми прядями. Затем она опустилась на его уровень, и ее рот зашевелился.

Что, черт возьми, она делала? Ей нужно было позаботиться о нем…

О себе. Ей нужно было позаботиться о себе.

В тот момент, когда он собирался встать и вытолкать ее с гребаной стоянки, женщина выпрямилась во весь рост и бросила на него последний долгий взгляд. Она казалась расстроенной. Он хотел сказать ей, чтобы она не беспокоилась.

Даже если бы они были близкими друзьями, он этого не стоил. А они были чужими друг другу.