Обнаженный любовник

Высокооктановая паника накрыла ее мозг, и Мэй принялась расхаживать туда-обратно. А потом ей в голову пришла мысль.

Мэй, сорвавшись с места, рванула к кухне и начала открывать все шкафчики.

Винный уксус. Слава Богу. Соль… да. Лимоны… лимоны.

Мэй посмотрела в холодильнике.

— Да ладно, должны же быть…

Лимонов нет, но есть лимонная заправка с уксусом. Открыв бутылочку, она покачала головой. Третьим ингредиентом был лимон. Должно сработать.

— Свечи…

Мэй выдвинула ящики. Нашла розовые, желтые и синие свечи для празднования дня рождения.

— Стерлинговое серебро. Мне нужно…

У выставочного стола, где лежали сумки, она закрыла последнюю позицию в списке, взяв серебряное блюдце, на котором лежала дюжина сережек.

— Нож.

Она скинула все возле двери. Вернулась к деревянной стойке с ножами «Хенкель», стоящими на столе у плиты. Прихватила горящую сумку.

Сев, скрестив ноги, она попыталась вспомнить, что рассказывала ей Талла. Вес ингредиентов. А что до лимона в салатной заправке? Его количество в соусе определить нереально.

Важны твои намерения."

"Услышав в голове слова Таллы, она изучила все, что выложила в серебряную чашу… будто могла понять, что верно, а что нет? Потом открыла пачку со свечками и достала синюю. Настоящий синий цвет и все такое.

Что она делает? Едва ли это помогло с Книгой.

— Прекрати, — приказала Мэй себе. — Намерение…

Собравшись с духом, она закусила губу… и порезала ладонь прямо по линии жизни. Кровь выступила мгновенно, капая вниз, и Мэй взяла свечу и поднесла фитиль к все еще горящей сумке.

Пламя вспыхнуло быстро.

Хотя сердце Мэй гулко билось, не веря в успех, она занесла истекающую кровью ладонь и свечу над тарелкой. Потом закрыла глаза и попыталась успокоиться. Представляя Сэвиджа, заходящего через эту дверь, себя…

Нет. Если это какая-то проклятая извращенная реальность, она не хотела, чтобы они застряли тут вдвоем.

Она представила, как Сэвидж стоит между двумя плоскостями. Одной ногой в реальном мире, другой там, где была она.

Приложив всю концентрацию, Мэй вспомнила бойца во всех подробностях.

Но сделав глубокий вдох, она не чувствовала его. Хотя и пыталась представить, ничего не получалось. Выходила плоская картинка, а не скульптура. Не человек.

Мэй снова распахнула глаза и оглянулась по сторонам.

— Думай о нем, думай о нем…

Сосредотачиваясь, Мэй снова попыталась успокоиться и погрузилась в воспоминание о них вместе…

В ванной.