#3 Печать Пожирателя

— Надеюсь, вы такое не произносите вслух перед другими дворянами, Варвара… Боюсь, вас могут неправильно понять.

— Ты считаешь меня дурой?

— Разумеется, нет. Но вы… Простите, это была неудачная шутка.

— Возможно, всему виной твой «неведомый» дар. Возможно, какие-то твои планы, которые судьба решила реализовать — или, напротив, помешать им. Вероятностей много, и… Я не знаю, что мне с ними делать.

— Признаться, я не являюсь знатоком ясновидения, княжна, и слабо понимаю, что вы чувствуете, и о чём говорите.

Но если я как-то могу помочь…

— Помочь? — она на секунду задумалась, — Нет, вряд-ли. Мой дар — это моё проклятье, Марк. И моя ноша. Так что… Придётся справляться самой.

— Тогда зачем вы здесь?

— Предупредить. Снова, — взгляд золотистых глаз сверкнул металлом, — Остерегайся Григория.

— Что⁈

Единственный Григорий, которого я знал — отец Марка. А с ним у нас, как ни странно, отношения как раз начали налаживаться. Чем он может быть опасен?

— Это всё, что я могу сказать. Фортуна… Не любит долгих разговоров.

Её фразы короткие, едва слышные и… Не всегда понятные. В данном случае я просто передаю тебе её слова.

— Фортуна, значит?.. — я припомнил все те случаи, когда мне припоминали её везение, и отчего-то напрягся, — Что ж… Буду надеяться, что она не готовит для меня какой-нибудь смертельный сюрприз.

— А я буду надеяться, что ты будешь выбирать нити судьбы осторожнее, Марк.

Княжна грациозно встала и лёгким шагом направилась к двери. Взявшись за ручку, она вышла из апартаментов, а я откинулся на спинку кресла.

— М-да… Вот уж таинственных посланий от ясновидящей мне только не хватало…

* * *28 декабря.

Несмотря на щекотливое предупреждение Долгорукой, я не стал замыкаться в себе, паниковать или направлять все мысли на распутывание загадочных слов Варвары.

Пророчества в мире местной магии были не чем-то нерушимым — а потому ими пользовались с осторожностью. Ни в качестве доказательств в суде, ни в качестве наводок в полиции — ни в чём подобном их не использовали.

А всё потому, что когда грядущее становится известно (пусть даже в самой малости) — его можно очень легко исправить или нарушить. Последствия «предсказаний» предугадать было нельзя, никаких чётких методов обучения провидцев не существовало — а потому воспринималось подобное скорее как…

Ноющая боль в сломанной ноге перед дождём, например.

Утром двадцать восьмого числа непогода разбушевалась — как и предсказывали метеомаги Салтыкова.