#3 Печать Пожирателя

«Ты вообще заткнись!» — ментально рявкнул я, — «Дура набитая… Из-за тебя нам такие проблемы грозят, что… Лучше бы я оставил тебя банку!»

Жаба, безвылазно торчащая в своём Убежище после событий на факультативе, мгновенно притихла.

«На кой хрен тебе вообще потребовалось рваться в академию⁈»

Этот вопрос я задавал родовому существу уже не в первый раз — и, в общем-то, знал ответ. Но злость и неизвестность жгли меня изнутри. Я не хотел мучаться мыслями о том, что мне грозит, так что просто коротал время за разговором с жабой.

«Я уже объясняла… Я не могла сдержаться! Услышала зов — сильный! Там… там внизу была часть моего дома! Огромная! И Тот, кто там жил, велел мне прийти!»

«Тот, кто там жил…» — проворчал я — «Кто это был?»

«Не знаю… Кто-то очень сильный»

«Дерьмо…»

На самом деле случившееся окончательно прояснило для меня некоторые догадки, которые давно бродили в голове.

Испытание, которое мы проходили во время поступления, проходило в Урочище. Теперь это было ясно, как день. И судя по всему, «вход» в это Урочище находился где-то под актовым залом «Арканума».

Я понятия не имел, как аномальная зона образовалась посреди Москвы, почему её не уничтожили, и почему используют вот таким вот странным образом. Но факты говорили сами за себя.

А то, что моя жаба сошла с ума и решила захапать себе кусочек Урочища… Ну, она сама сказала — её кто-то «пригласил».

Уж не тот ли Сфинкс, с которым мне довелось поиграть в загадки?

Может быть, может быть…

Правда, сейчас эта загадка волновала меня меньше всего.

Сразу после того, как я загнал Бунгаму обратно в кольцо и отрубился, преподаватели смогли обуздать последствия её сумасшедшей магии. Конечно, на это потребовалось время — но за пару суток академию привели в порядок и выкорчевали всех болотных тварей, попрятавшихся по закоулкам «Арканума».

Для этого пришлось отменить все занятия на два дня.

Меня же сначала утащили в лазарет, а затем и вовсе увезли в госпиталь Склифосовского — восстанавливать после магического истощения.

Но это было не самым страшным.

Как только я пришёл в себя, то обнаружил у дверей палаты серьёзную охрану из двух Магистров. Мужчина и женщина в невыразительных кителях сообщили, что у их «ведомства» есть несколько вопросов — и следующие три дня оказались одним большим допросом.

А всё потому, что влиятельный господин Львов (старший, разумеется), спустил с цепей всё собак, какие у него только были.