28 панфиловцев. «Велика Россия, а отступать некуда – позади Москва!»

Один из автоматчиков крикнул:

– Сдавайтесь, вам все равно конец.

– Можно подумать, ты позаботишься о нас!

Пуля угодила автоматчику повыше пряжки на ремне с вещей надписью «С нами бог». Бог не захотел спасать его.

Немец выронил автомат и сделал несколько заплетающихся шагов. Боль скручивала, прожигала насквозь внутренности. Неужели это конец? И тело его будет лежать на заснеженном склоне возле безымянной русской деревеньки.

Его товарищ сумел достать очередью напарника Степана. Пуля пробила бойцу голову, и он ткнулся лицом в снег, где были разбросаны десятка полтора гильз.

Степан ответил выстрелом. Промахнулся. Загоняя в казенник последнюю обойму, крикнул:

– А вот хрен тебе, а не Москва! Будешь валяться здесь, пока волки не сожрут.

Немец погрозил упрямому русскому кулаком и дал несколько очередей. Пуля пробила шапку, вырвав клок кожи. Потемнело в глазах. Кажется, Степан потерял на какое-то время сознание. Когда открыл глаза, увидел, что немец прячется за березой и целится в него.

Ответил выстрелом, промахнулся.

– Эй, подожди, – крикнул Степан."

"– Сдаваться хочешь? Поздно.

– Хочу… подожди, тебе говорят.

С усилием выдернул кольцо «лимонки». Немец нажал на спуск автомата. Граната выпала из руки и взорвалась. Разброс осколков «лимонки» сто и больше метров. С деревьев полетели срезанные ветки.

Красноармеец был убит наповал, взрывная волна оторвала кисть руки. Немец не пострадал, если не считать разбитого чугунным осколком казенника автомата и продырявленной в нескольких местах шинели.

К нему подошел солдат из его отделения. Осмотрев автомат, посоветовал:

– Возьми у Курта. Ему он больше не понадобится.

Видя, что камрад не в себе, он сходил и подобрал автомат, валявшийся в снегу возле убитого Курта.

– Забирай. Пошли к месту сбора. Русские пробились, хотя убитых десятка два оставили. Дрались как черти.

Автоматчик посмотрел на окровавленное тело русского и нажал на спуск. Очереди прошивали мертвое тело, разбрызгивая кровь.

– Прекрати! Подумают, что у нас снова бой начался. Русские уже далеко, а в мертвых стрелять нет смысла. Только патроны переводить.

Помимо этого боя, 16–18 ноября шли ожесточенные схватки в других местах на Волоколамском направлении, о чем свидетельствуют строчки боевых донесений.

…16 ноября 120 бойцов стрелковой роты лейтенанта Филимонова вблизи станции Матренино отразили несколько атак немецкого пехотного батальона и шести танков.