2 раза за 25 суток

– Прямо дед Никофор в молодости, – поддакивала умиленная и слегка влюбленная баба Люба.

– Ох, – подтвердила баба Наташа и тут же стыдливо прикрыла ладонями покрасневшие от стыда щеки.

Автор, автор. Что же ты наделала? За что же такой любовный переполох нашим бабам? Они еще от Сэма с Усладой не успокоились, а ты им тут же следующую провокацию! Настоящего героя, красавца, нашего, русского, прямо натурального богатыря подсунула. Это же серьезный шок, не читать, а увидеть и даже слегка пощупать…

– Эх, где мои восемнадцать? – восхищенно обронила баба Люба, поправляя край пухового одеяла, накрывавшего и скрывавшего прекрасный женский сон.

– А, может, не будем его в чувство приводить? – глупо и задумчиво предложила баба Ира. – Пусть побудет с нами, чай и Анфиска-то подождет."

"– А ну ка, перестали приставать к Добрыне! – шикнула на баб Настенька. – Раскудахтались! Вам дай только волю. А ну, все за дело! Помогайте Олеговне, нам еще девочку надо отбить!

Да, Волохуевка – скромное село, где женщины весьма впечатлительны и романтичны.

***

Уже начинало вечереть, а я по-прежнему в бездействии. Остается только молиться, чтобы не случилось ничего плохого с моими дорогими. И этот, молодец, сидит напротив и глаз с меня не спускает. Телефон отобрал, одеялом обмотал, угощеньями обложил.

– Новостей нет, – только и слышала я от Алексея, когда ему в очередной раз звонил Муравьев. Мне эта фамилия теперь всю жизнь сниться будет. В кошмарах. – Не хмурься, Анфиса, – добавил он в этот раз. – Нет смысла нам там присутствовать. Это глупо – мешаться под ногами у профессиональных бойцов.

– Угу.

– И спорить, тоже не стоит.

– Как скажешь.

– Ты обиделась?

– Нет, что ты.

– Считаешь, что я не прав?

– Да, боже упаси!

– Ты взрослая девочка.

– Безусловно.

– Должна понять.

– Сто процентов.

– Анфиса! Прекрати!

– Как прикажете, ваше величество. У заключенных же нет права спорить с надзирателем.

Этот нездоровый тип, решил, видимо, что если будет ближе ко мне, то я быстрее успокоюсь. И поэтому, я так оправдываю его поступок, сел рядом со мной на свой же суперпрероскошный диван.