1941. Время кровавых псов

 – Тебе нужны лишние хлопоты? А кроме того, Евгений Афанасьевич просил передать, что твоя учеба закончена и пора прекратить строить из себя гимназистку и приниматься за работу. Со всеми вытекающими…

– Какими именно?

– Денежное содержание, например… Или расстрел за невыполнение. В общем, служба.

– А я присягал независимой Украине, – возразил Севка. – По закону…

– Ты присягу принесешь только через хрен знает сколько лет, Сева, – засмеялся Костя. – А расстрелять тебя могут хоть сегодня. Мне будет тебя жаль, но к дереву я тебя привяжу.

Слезами умоюсь, а повязочку на глаза нахлобучу и буду стоять рядом, пока…

– И кто же меня пристрелит? – Севка встал и стащил с себя мятую, порезанную гимнастерку. – Никита?"

"– А пусть это будет для тебя приятным сюрпризом, если что. – Костя хлопнул Севку по плечу. – Ты одевайся, думай и через четыре с половиной минуты появись возле машины. Доступно?

– Более чем, – ответил Севка. – Более чем…

«Действительно, – подумал он, стаскивая сапоги и галифе, – какого хрена я выделываюсь? Решил умереть? Сбежать и попытаться где-то пристроиться, используя новые знания и умения?» Но эти новые знания как раз и подсказывают ему, что ни хрена не получится у него спрятаться.

Да и зачем? Ради чего? У него есть… появилась работа. Крыша, если хотите, появилась, и не самая плохая, между прочим. Нет, добрый Евгений Афанасьевич, конечно, и на ноль помножить может, и на смерть послать, но это все равно будет не фронт и не лагерь где-нибудь за Уралом. За Уралом, конечно, будет безопаснее, но не в лагере же?

Севка надел чистую отутюженную форму, шинель. Затянул портупею. Протер рукавом орден на груди. Тут Красную Звезду еще носят на левой стороне груди, он при вручении чуть не поправил генерала. Вот было бы смеху…

Достал из кобуры «наган», проверил барабан и скептически поцокал языком. Патроны как патроны. Но, знаете ли, дорогие товарищи, оружие – это такая хрень, что доверять его кому бы то ни было не стоит, особенно во время войны…

Он прихомячил два десятка патронов на стрельбище.

По одной-две штуке зараз уносил в кулаке и прятал в корешках книг, стоявших на полке. «Вы там как можете, а я – как знаю», – пробормотал Севка старую присказку, доставая патроны и перезаряжая барабан. На те патроны, что из револьвера достал, посмотрел задумчиво и бросил на постель. Оставшиеся свои, украденные, высыпал в карман шинели.

Уже совсем собрался уходить, но спохватился.