13 минут

Мне пришлось сказать им, что должна съездить в больницу после обеда, просто чтобы они на какое-то время отстали.

– По крайней мере, их это заботит.

– Думаю, что-то в этом роде. Эй, – внезапно воскликнула Таша, – может, сыграем партию в шахматы?

– Что, сейчас?

– А почему нет? Давай начнем, а потом будем писать в сообщениях, какой следующий ход. Ты можешь дома расставить фигуры на доске, которую я тебе подарила, так, как они будут стоять здесь в конце.

– Тогда ладно. – Лицо Бекки прояснилось. Она не скрывала своей радости.

Часы пошли вспять, назад к лучшим временам. – Хотя ты все равно выиграешь.

– Может быть. – Глаза Таши блеснули азартом. – Так или иначе, это может быть нашим секретом.

Бекка кивнула. Конечно, это будет секретом. Сплетни о Наташе Хоуленд, играющей в шахматы с Ребеккой Крисп, были нежелательны. Бекке стало интересно, когда наконец эти вещи перестанут быть важными, если такое вообще когда-либо случится.

Через полчаса игру прервал папа Наташи, постучав в дверь.

– Быстро! Прячь сиськи, – сказала Таша, схватившись за грудь, что заставило Бекку захихикать. – Тревога, папа!

Играли они не торопясь, чередуя ходы с разговорами о школе и заявлениями типа того, что обе разучились играть после такого длительного перерыва. Хотя Бекка подозревала, что Таша тоже иногда брала в руки доску после развала «шахматного клуба».

– Я вам тут кое-что принес, – сказал Гэри.

Он стоял в дверях с двумя банками колы, Таша поднялась и забрала их у него.

Он несколько удивленно окинул взглядом комнату. Волосы у него были влажными и взъерошенными. «Как из раздевалки теннисного клуба», – подумала Бекка. Струя цитрусового аромата геля после бритья столкнулась с остатками сигаретного дыма. Если Гэри и заметил это, то не подал виду. Он удивленно посмотрел на Бекку и сразу же улыбнулся:

– Извини, я услышал голоса и подумал, что это Хейли.

– Нет, это я.

– Рад тебя видеть. Что ж, я вас оставлю. Помни, что тебе рано ложиться, Таша-птичка.

Это предписание врача.

– Да, пап, – сказала Таша, закрывая перед ним дверь.

– Он до сих пор называет тебя Таша-птичка? – со смехом спросила Бекка.

– Это было забавно, когда мне было девять, – сказала Таша. – Мне пришлось накричать на него, чтобы он перестал называть меня так на людях.

Она нахмурилась, явно раздраженная, что удивило Бекку. Наверное, милые семейные прозвища не вызывают умиления, когда ты Барби. Бекка посмотрела на часы.