13 минут

Я старалась думать, как она, когда ходила за нее. И я все равно победила. И вот игра окончена.

Однако из-за Бекки я пришла в замешательство. Сначала этот вопрос о браслетах. Я видела, что она расстроена, но это не страшно. Это на самом деле не имеет значения – мы все равно больше не друзья. Но зеленое платье! Я уже забыла об этом. Зачем поднимать эту тему? Зачем вдруг вспоминать то, что я сделала много лет назад? Если она так скучает по прогулкам со мной, зачем напоминать об этом платье? Не самое приятное воспоминание.

Чего она добивалась тем сообщением? Какого ответа она ожидала? Было ли это предупреждающим выстрелом?

Я смотрю на разложенную клетчатую доску. Мысленно делаю гамбит [16], продумав все возможные варианты как минимум на три хода вперед, постоянно изучая положение фигур на доске и решая, какими из них можно пожертвовать. Это моя вторая натура. Я чуть не написала Бекке, но остановила себя. Молчание – золото. Если мы играем новую партию, то я уже выигрываю.

В глазах песок от усталости, я ложусь и смотрю в потолок.

Лунный свет полосами падает на стену. Я считаю лучи. Тринадцать. Конечно. Что бы я ни считала, всегда выходит тринадцать. Я заставляю себя не закрывать глаза. Во сне меня ждет темнота, шепотом взывающая ко мне, и я не хочу туда. Не пойду. Я считаю до тринадцати и удивляюсь, почему мне так страшно.

52

Подремав около часа после того, как, придя домой и упав на кровать, отключилась в луже позорных слез, Бекка теперь не спала. В своем беспокойном сне она снова и снова переживала этот момент – когда увидела Эйдена вместе с Ташей через окно «Starbucks».

Как они держались за руки. Этот взгляд Таши. Во сне она лупила в гневе по стеклу кулаками, пока они не начали кровоточить. Стекло выдержало. Ее не пускали к ним, и от досады ей хотелось всех убить. Горела таким желанием.

Она проснулась вся в поту, растерянная и сбитая с толку, но ее мозг усиленно работал. Момент истины среди всей этой тупости, ее тупости – это выражение лица Таши, когда она увидела Бекку.

Эта ее улыбка.

Как будто она ее ждала.

Она открыла окно и дрожащими руками свернула самокрутку. Ей нужна была ясная голова. Может, у нее уже паранойя или она вообще сходит с ума? Ее мысли спутались в клубок, который нужно было распутать. Что Эйден сказала ей накануне вечером? Когда она кричала на него, пытаясь ударить, перед тем как вернулись Джейми и Беннет. Она заставила себя не съежиться, вспоминая, что тогда вытворяла, и сосредоточилась на том, что он говорил.