10 мифов о 1941 годе

Солонин делает свой вывод на основании следующих суммарных цифр убыли техники за второе полугодие 1941 года: всего 33,3 % потерянных автомобилей на фоне потери 73 % танков, 70 % противотанковых пушек, 60 % гаубиц, 65 % ручных пулемётов; 61 % миномётов… По поводу последних он безграмотно замечает: «Хотя, казалось бы, что может сломаться в миномете? Труба — она и есть труба…»

Угу! В булках тоже ничего особенного нет — они ведь на деревьях растут! Срывай себе и жуй…

Что тут можно сказать?

Относительно потерь танков, например, можно привести данные по убыли танков у немцев к осени 1941 года.

"Подобной «статистикой»-«эквилибристикой» солонины и бешановы отвлекают внимание читателя от сути дела. А для опровержения их измышлений я обращусь опять к авторитету генерала Гальдера. 12 сентября 1941 года, на 83-й день войны, он записал в дневнике:

«Русский танк Т-34 (25 тонн) весьма хорош и быстроходен. К сожалению, не захвачено ни одного пригодного образца этого танка (выделение моё. — С. К.)».

По Солонину, запуганные Сталиным советские танкисты, не желая за него сражаться, целёхонькими бросали свои танки и на попутных автомобилях мчались — кто в свой тыл, кто — сдаваться немцам…

А начальник Генерального штаба сухопутных войск Рейха генерал-полковник Гальдер после доклада генерал-инспектора моторизованных войск Брейта на 83-й (восемьдесят третий) день войны сетует, что немцы не имеют в своём распоряжении ни одной целой «тридцатьчетверки»!

Нет, эти слова Гальдера стоило бы, пожалуй, написать у всякого рода солониных прямо на лбу — как и сведения, приведённые Гальдером в своём дневнике 9 октября 1941 года об использовании трофейных танков на фронте по состоянию на 9.

«…в России: группа армий «Юг» — 16 танков (в октябре туда будет передано ещё 5 танков); группа армий «Центр» — 42 танка (в октябре и ноябре будет направлено на фронт ещё 20 танков); группа армий «Север» — 23 танка (в октябре будет направлено на фронт еще 5 танков).