10 000 € за ночь

А секундой спустя раздался негромкий стук в дверь.

О Боже… Я вдруг поняла, что не смогу заставить себя отнестись к этой ночи, ни как к просто приятной работе, ни как к чистому удовольствию без излишних эмоций… Я слишком пылала в предвкушении и слишком волновалась… В том числе из-за того, какой любовницей сочтёт меня Олег… Почему-то после этой речной лодочной прогулки мне стало это очень важно…

Мысленно я резко осекла себя — ведь он пришёл для того, чтобы здесь, в дорогущем номере дорогущего отеля, заняться со мной сексом, потому только, что я напоминала ему его умершую бывшую невесту… Он хотел меня потому, что сделал очень похожей на неё.

И только потому. И он собирался трахать меня четыре часа. Не разговаривая со мной.

Так почему же я волнуюсь из-за того, как он меня воспримет? Я боюсь его гнева? Или я боюсь потерять деньги? Или я боюсь не понравиться в постели мужчине, похитившему меня?

Все эти мысли промелькнули в моей голове за какие-то несколько секунд…

Дверь отворилась, запустив луч тёплого жёлтого света в интимный полумрак и я едва не задохнулась от охватившего меня волнения.

Мне показалось, что и колотящееся сердце, ещё сильнее затанцевавшее ирландскую джигу в груди — на мгновение будто бы замерло — а потом снова бешено заколотилось.

Я не ответила на стук в дверь, потому что хорошо помнила и соблюдала условия Олега. Но в моём ответе и не было нужды. Возникший на пороге Олег вошёл в номер и закрыл за собой дверь. Элегантный, серьёзный, в чёрном костюме и тёмно-синей рубашке, он сделал несколько тихих шагов в мою сторону и остановился на пороге комнаты.

Он держал в руке букет длинных, тёмно-зелёных роз, с красными, как кровь, чуть раскрывшимися огромными бутонами. Никакой бумаги, никакого целлофана, никаких ленточек — только цветы. Штук тридцать пять…

Я села на кровати, выпрямив спину и поджав под себя ноги. Нежное на ощупь шёлковое одеяло соскользнуло с моего бедра. Наверное, из-за того, как глубоко и прерывисто я дышала, моё волнение было очень заметным…

Олег скинул чёрные туфли, подошёл ко мне и снова замер, взглядываясь в мои глаза.

Выражение его лица было таким, что мне стало даже немного не по себе.

Он покачал головой и прошептал:

— Поверить не могу… Как же я скучал по тебе…

Он протянул букет, который я приняла, благодарно уткнувшись носом в цветы, и отошёл на пару метров назад, к нише, где располагался бар.

Скрестив на груди руки, он опёрся плечом на стену и просто смотрел на меня, вгоняя в краску.