Звезды и Лисы

– Юлька, – позвал Ник. Он никак не мог ее увидеть. – Ты жива?

Мычание, какие-то толчки и дрожь. Батарея, к которой Ник был привязан, затряслась и заходила ходуном. Он скосил глаза.

Она оказалась привязана с другой стороны, во рту тряпка. Лиса мычала и бешено вырывалась. Веревка не пускала ее.

Ник подтянул ноги, попробовал встать, но не смог, и опять выстрелила боль, почти невыносимая.

– Давай, поливай, придурок! Их поливай, а потом уже все остальное!

– А… того? Старого? Куда?

– Да сюда же, твою мать! Где он?.

– Вон на полу.

В лицо Нику плеснул бензин, он захрипел, закашлял, задыхаясь, попытался уклониться, стукнулся виском о батарею, вновь разлепил глаза и прямо перед собой увидел… Славу.

Тетиного сына. Своего двоюродного брата. Впрочем, никто в семье так толком и не мог сказать, какие именно они братья!..

– Слава, – прохрипел Ник.

– Тише, тише, – умоляющим голосом попросил тетин сын. – Сейчас, сейчас.

У него сильно тряслись руки, бензин из канистры лился неровно. Слава порядочно наплескал на батарею, а потом стал лить на голову Лисе.

– Славка, ты что?! – спросил Ник.

– А что мне было делать? – плачущим голосом заговорил Слава с ходу. – Ну что?! Без наследства остаться?! А тут миллионы!.. Даже если дом сгорит, все равно!.. Участок же!..

– Славка!..

– Зачем ты влез?! Кто тебя просил?! И Сандро! Ему своих денег не хватает, что ли?!

– Славка, ты хочешь нас сжечь?

– Я не хочу! – страстно вскрикнул двоюродный или какой-то более сложный брат.

Показались чьи-то ноги в растоптанных ботинках. Человек двигался спиной и волоком, под мышки тащил второго.

– Помоги мне! – велел он, оглядываясь и скалясь. – Давай сюда, сверху на него стол и тоже поливай!.. Тяжелый, хрен старый!.. И там на улице надо водку разлить, как будто они упились!..

– Славка, развяжи меня! – попросил Ник.

Тот, что в растоптанных ботинках, бросил старика, обернулся и мелко засмеялся.

– Щас, – выговорил он, кажется, с удовольствием. – Развяжем! Жди!..

Лиса все мычала и билась.

Второй подошел к ней и присел на корточки.

– Эх, дуся моя! – Он протянул руку и нежно потрепал Лису по щеке, залитой бензином, а потом брезгливо вытер ладонь о ее джинсы. – Распрекрасная ты моя начальница!.. Сгоришь ведь, следа не останется, а туда же – крутышка, самая главная!..

Он засмеялся, встал и посмотрел вниз.