Звезда курятника

— Стой, кто идет! Бить буду! — заорала снизу Ирка, едва я высунулась из окна.

От неожиданности я едва не сверзилась с подоконника. Направив на подругу луч фонарика, я увидела, что она стоит в позе бейсболиста, ожидающего подачи: ноги на ширине плеч, спина колесом, в руках наотмашь кусок доски приблизительно метровой длины.

— Руки вверх! — жмурясь и уводя физиономию из потока света, еще громче закричала Ирка.

Собственные руки с зажатым в них обломком кораблекрушения она тоже воздела повыше, увеличивая размах.

— Ты соображаешь, что говоришь? Если я подниму руки вверх, то упаду вниз! — прокричала я, удивляясь поведению подруги. Спятила она, что ли? — Хочешь, чтобы я свалилась тебе на голову? — добавила я чуть более спокойно.

— Ты была бы не первой, — буркнула Ирка, опуская свою дубину.

Я спустилась по лестнице с проворством, которому могла бы позавидовать цирковая мартышка, опасливо приблизилась к подруге, усевшейся на свою многофункциональную деревяшку, и полюбопытствовала:

— Что это тебе вздумалось изображать из себя девушку с веслом? Почему ты хотела меня побить?

— Вовсе не тебя, — проворчала Ирка, ощупывая свою голову так, как это делают с арбузами придирчивые покупатели.

Характерный арбузный треск мне, вероятно, почудился, но цвет Иркиного лица действительно наводил на мысль об изумрудно-полосатых плодах.

— У тебя физиономия зеленая и в грязных разводах! — заметила я. — С чего бы это?

— Зеленая, говоришь? — повторила Ирка. — Наверное, это потому, что меня тошнит.

— Ничего не понимаю, — призналась я. — О каком ботинке ты говоришь?

— По-моему, это был «Камелот», во всяком случае, что-то на рифленой подошве, — слабым голосом сказала подруга.

Она снова потрогала голову и жалобно ойкнула.

Оказывается, пока меня не было, в палисаднике под окном произошло драматическое столкновение Ирки с неизвестным типом в туристических ботинках.

На фоне темно-синего вечернего неба Ирка увидела черные ноги, но в потемках не заметила, что они облачены не в джинсы, а затянуты в черный эластик.