Звезда курятника

— Наш друг Лазарчук, силой уведя в квартиру скандалящую бабу, не сообразил закрыть дверь на ключ, и Альбина, которая как раз приехала к дому Семиных, чтобы встретиться с позвонившей ей Галиной, просто-напросто потихоньку вошла в квартиру, сняла с гвоздика ключик и удалилась на лестничную площадку верхнего этажа. Серега в этот момент был в ванной, макал в холодную воду пьяную хозяйку квартиры, и оба они за шумом воды и руганью Альбининых шагов не слышали. Уложив Галину спать, наш мудрый друг Лазарчук вышел из квартиры Семиных и захлопнул за собой дверь, а Альбина через пару минут спокойно вошла в дом, воспользовавшись хозяйским ключом.

Мы с Иркой молчали, переваривая услышанное.

— Я знаю, это прозвучит ужасно, — извиняющимся тоном пробормотала Ирка. — Но я в бешеном восторге от этой барышни! Не могу поверить, что можно было провернуть подобные мероприятия: заколоть человека зонтиком, пробежавшись по проволоке! Утащить змею пылесосом и засунуть ее в сифон ванны — или как там называется этот аппендикс трубы? Звучит совершенно невероятно!

— Очень театрально, — кивнула я.

— Экспромт, но с использованием «домашних заготовок», — заметила Ирка.

— Большое артистическое дарование плюс везение плюс способность моментально ориентироваться в сложных ситуациях плюс удивительное хладнокровие, даже бесшабашность, — заметно вздрогнув, перечислил незаурядные способности Альбины капитан Лазарчук.

— А уж как она впечатлила меня! — пробурчала Ирка, враз посуровев.

— Эта Альбина — поразительно талантливая преступница, — не без уважения сказал один из товарищей Потапова.

— Работала с выдумкой, с огоньком, — согласился Панда. — Весьма артистично. А какая сложная натура! С виду — прелестная молодая особа, кроткая сиротка, неленивая, умненькая…

— Спортсменка, комсомолка, наконец, просто красавица! — с преувеличенным кавказским акцентом процитировал Лазарчук.

— Ага, только все свои незаурядные способности и крепкие мозги девица употребила на совершение преступлений, — договорил Панда.

— Ее покойный братец был таким же, — заметила я. — Тоже сало в шоколаде.

— Это что, какой-то фрейдистский термин? — озадачилась Ирка.

— Это мой собственный термин, — ответила я.