Звезда+1

Отодвигаю ее в сторону как табуретку и шагаю к побледневшей черепахе. Без слов сгребаю воротник его цветной гейской поло и тащу за собой к выходу. Надеюсь, у Скотта хватит мозгов не сопротивляться слишком активно, потому что я его, на хрен, как масло по тосту размажу.

— Ты чего творишь? — гневно вопит Котенок из-за плеча, когда я вытряхиваю ненужный лохматый предмет из номера и впечатываю в стену.

— Увижу здесь еще раз — я твои черепашьи яйца на омлет пущу. — рявкаю Пежо в лицо. Отпускаю его трещащую по швам футболку и, развернувшись, шагаю к Авроре, замершей в дверях, и под ее гневное верещание вталкиваю ее обратно в номер.

— Ты что себе позволяешь? — взвизгивает та, зыркая на меня разъяренными глазищами. — Совсем одурел, звездуля.

Ее реакция — повод сделать то, что я хотел сделать давно: поймать пальцами ее скулы и сдавить, чтобы не могла больше верещать.

— Какого хера ты трахаешься с ним на работе? — подтаскивая ее лицо к себе. — В соседнем, блядь, номере?

Если Котенок и хочет что-то сказать, то не может: отчаянно крутит головой, пытаясь вырваться, и быстро дышит через смятые буквой «О» губы.

Ее ванильно-цветочное дыхание раздражает ноздри, дурманом вплетаясь в туман моего бешенства, упругие сиськи упираются мне в грудь и если я опущу руку ниже, смогу снова ощутить слюнопускательную выпуклость ее ягодиц.

На хер все. Делаю финальный цветочный вдох и, вдавив пальцы в бархатистую кожу, проталкиваю язык в приоткрытый рот.

Котенок шипит в ответ и вцепляется ногтями мне в плечи в попытке оттолкнуть, но такое ей вряд ли под силу.

Она слишком долго издевалась надо мной, а у меня слишком стоит, чтобы прекратить. Опускаю ладонь ей на задницу и сжимаю ее через ткань шорт. Не сдерживаясь, до синяков, как всегда хотел. Котенок посылает новую порцию возмущений мне в горло, и, кажется, до крови рассекает кожу на плечах. Если так она пытается меня отрезвить — то делает только хуже, потому что мне охеренно нравится.

— Мудак, — шипит мне лицо, когда отстраняюсь, чтобы посмотреть на нее.

Потемневшие голубые глазищи, опухший рот и алеющие щеки. Ни малейшего шанса остановиться.

— Ты ведь помнишь, что я не трахаю персонал, Котенок? Так вот ты, на хрен, уволена.

Я затыкаю ее рот своим языком, еще до того как она успевает начать возражать. Найду Майклу другую няню. Пригоню мисс Барашкис, да хоть Мэри Поплине на 3Д принтере распечатаю. А ее я сегодня трахну. До хлюпающих звуков, до скатывающегося пота, до того как она будет умолять меня еще.