Золотая дева

Пусть лучше считает меня другом…»

Хотя и в роли врага, поняла Евгения Юрьевна, Кривцова не так уж страшна. Да, она гневается, да, кричит, но при этом явно не знает, что ей предпринять. И выглядит как униженная, осиротевшая, стремительно постаревшая женщина. Несмотря на весь свой статус и все миллионы.

* * *После полдника, как и положено по режиму, Мария попыталась вытащить свою подопечную на прогулку. Но девчонка заупрямилась. Хихикает, приводит аргумент за аргументом: и сырость на улице, и темень, и холод.

– Вирусы-то здесь при чем? Они на воздухе, наоборот, мрут, – попыталась отстоять свою позицию няня.

Но Лиза, хитрюга, парировала:

– Мрут у здорового человека! А педиатр говорит, что у меня иммунитет ослаблен!

– Скажи уж просто – не хочется тебе, – вздохнула Мария. – И одеваться лень.

– Ну, Машенька, ну, пожалуйста! – принялась ластиться девочка. – Давай ты меня лучше читать поучишь!

Можно было, конечно, настоять на своем, но наука педагогика учит: иногда детям нужно уступать.

"Потому они отправились в игровую. Но едва няня успела выстроить из кубиков слово «МАМА», по коридору зашелестели шаги.

– Папа! – просияла Лиза.

Однако на пороге комнаты показался не Кривцов, но главный из его охранников – Володин.

– Мария Николаевна, прошу прощения, что не смог предупредить вас раньше. Вам придется поехать со мной.

– Куда? – удивилась Долинина.

– Вас хочет видеть Макар Миронович. А за Лизу не волнуйтесь, она с дежурной няней побудет. Я ее привез.

– Почему мы с ним дома не можем поговорить? – удивилась няня.

– Понятия не имею, – пожал плечами охранник.

– А если я ее не отпущу? – с вызовом обратилась к Володину юная Кривцова.

Тот только хмыкнул:

– Не хочешь отпускать – звони отцу. Попробуй с ним поспорить.

Девочка сразу сникла. Безнадежно махнула рукой и с тревожными нотками в голосе спросила Володина:

– Но ты… ты ведь привезешь Машу обратно?

У той все внутри похолодело.

Охранник же только хохотнул:

– А это уж как прикажут!

У няни совсем душа в пятки ушла.