Змеиная невеста

- На этом все, - Далгет поднялся со своего места и вышел.

Потому что  вдруг стало душно. Этот разговор вымотал его. Но теперь можно было оставить тут все на братьев. А сам он так торопился оказаться как можно дальше отсюда, что прямо на ходу трансформировался в истинную форму.

***

Проснулась Лера рано, оттого что всю спину ломило, как будто ее били палками. И еще какое-то время лежала в постели, закинув руки за голову и глядя в потолок. Хмурилась.

Спалось ей беспокойно.

Это пугающе огромное ложе оказалось мягким и удобным, а великолепное сливочно-молочного цвета безумно дорогое белье ощущалось приятно на теле. И все же она чувствовала себя в этой постели словно принцесса на горошине.

Понятно, что все от нервности. Плохой сон - это последствия стресса. Но и постепенно восстанавливая в голове вчерашний день, припомнила, что Камаль дважды довольно ощутимо впечатал ее спиной сначала в стену, а потом и вовсе вывалял на камнях.

Вчера не ощущалось сгоряча, а сейчас ушибленные места немного тянули и ныли.

Невольно задумалась и о том, что вытворил Камаль. Глупец, безбашенный идиот, так подставиться. Он рисковал, его могли выпотрошить там, прямо у нее на глазах. На что он рассчитывал? Неужели думал, что так сможет отомстить за сестру? Или он все-таки хотел...

Нет, об этом она старалась не думать. Как и о том, что теперь родня невесты наверняка попытается отыграться на Наиле.

Ведь именно она привела ее на эту свадьбу.

А еще она вчера здорово разозлила хозяина этого дворца. Нет, особого раскаяния Лера не испытывала, потому что он первый оскорбил ее. Но это угнетало куда больше ушибленной спины и неприятных воспоминаний.

Что теперь с ней будет?

В конце концов, устав мучиться тяжелыми мыслями, она выбралась из постели.

Но только она спустила ноги на пол, как в комнате тут же появилась вчерашняя молчаливая прислуга.

Впилась в нее своими темными глазами, потом перевела взгляд на кровать. А ноздри дернулись, втягивая воздух.

Лера сто раз пожалела, что не встала раньше. Потянулась прикрыть покрывалом это огромное ложе, с краю которого сиротливо виднелся одинокий отпечаток ее небольшого тела, но прислуга тут же подалась вперед и выдала, ткнув себя в грудь:

- Я убрать, - прозвучало безапелляционно.

Понятно. Тут за нее будут решать и это.