Змей и голубка

Флер знала, что нужно соблюдать осторожность… но один ее друг в деревне сломал руку. Она его исцелила. Шассеры быстро почуяли запах. Флер испугалась и бросилась бежать.

Я не могла даже вдохнуть.

– Они ее сожгли. Одиннадцатилетнюю девочку. – Манон покачала головой и закрыла глаза, словно пытаясь не видеть образы, приходящие на ум. – Я не успела вовремя до нее добраться, и мама тоже. Мы плакали, когда ветер уносил ее прах.

Сгорела заживо. В одиннадцать лет.

Манон вдруг резко схватила меня за руку, и в глазах ее заблестели яростные, так и не пролившиеся слезы.

– У тебя есть возможность исправить ошибки этого мира, Лу. Как ты можешь отказываться от нее?

– То есть ты все равно готова принять мою смерть. – Эти мои слова прозвучали не гневно. Они были бесстрастны и пусты, как бездна у меня в груди.

– Я сама умерла бы тысячу раз, лишь бы вернуть сестру, – резко сказала Манон. Отпустив мою руку, она прерывисто выдохнула, а когда заговорила снова, голос ее стал куда мягче: – Я бы заняла твое место, ma sœur[24], если б могла… любая из нас согласилась бы на это.

Слезы уже текли по ее щекам.

– Я знаю, что прошу слишком многого. Знаю, что у меня нет на это права… но прошу тебя, Лу, прошу, не сбегай снова. Лишь ты одна можешь прекратить все это. Лишь ты одна можешь нас спасти. Обещай мне, что не станешь пытаться убежать.

Я смотрела на слезы Манон и чувствовала себя так, будто оказалась в чужом теле. На меня накатила тяжесть, и на этот раз не от снадобья.

Господи, как же я устала.

Слова по собственной воле сорвались с моих губ:

– Обещаю.

– Правда?.. Ты обещаешь?

– Да. – Я все еще чувствовала тяжесть и тьму, которая звала меня к себе, но все же усилием воли посмотрела Манон в глаза. Надежда сверкала в них, такая ясная, такая острая, что могла бы ножом полоснуть мне по сердцу.

– Мне очень жаль, Манон. Я не хотела, чтобы кто-то погиб. Когда… после того как это произойдет, я… обещаю, я поищу Флер в загробном мире… где бы он ни был. И если я ее найду, то расскажу, как тебе ее не хватает. Как сильно ты ее любишь."

"Манон плакала все пуще и крепко сжимала мои руки.

– Спасибо тебе, Лу. Спасибо. Я никогда не забуду, что ты для меня сделала. Для нас. Скоро вся боль пройдет.

Скоро вся боль пройдет.

Мне очень хотелось заснуть.