Злые сёстры. История трёх ведьм

И Мани продолжала сидеть и дожидаться возвращения матери. Дожидаться, когда та вернёт ей дочь... нет, дочерей. Их у Мани вскоре станет трое. Интересно, сумеет ли она отличить свою родную дочь от мерзких подделок, созданных её матерью с помощью магии? Узнает ли она ту единственную, которую сама произвела на свет?..

– Вот твои дочери, моя дорогая девочка. Вот они. Я знаю, что ты будешь одинаково любить всех их.

Нестис стояла в открытом дверном проёме вместе с двумя своими слугами- скелетами. И каждый из них троих держал в руках ребёнка.

– Возьми своих дочерей, Мани, – ликующим тоном воскликнула её мать, и слуги-скелеты одну за другой уложили девочек в сделанную в виде вороньего гнезда колыбель. – Взгляни на них. Они само совершенство.

Мани медленно поднялась на ноги. Ей казалось, что она пытается идти по грудь в воде.

Но они были здесь. Все три. Одинаковые, прелестные и невредимые.

– Они станут самыми могущественными ведьмами, каких знала когда-либо эта земля! Помяни мои слова, Мани. Твои дочери уничтожат всех наших врагов!

– Что ты сделала? Кем станут мои дочери?

Нестис расхохоталась в ответ. Ещё никогда Мани не слышала у матери такого смеха, полного злобы и жестокости, безумия и презрения.

– Они погрузят этот мир во тьму, моя дорогая.

Мани посмотрела на своих дочерей. Все они были совершенно одинаковыми, как три капельки воды, как отражения в трёх зеркалах.

– Которая из них моя? – спросила Мани, но её мать лишь ещё сильнее расхохоталась в ответ.

– Они все твои дочери, Мани.

– Но которая из них Люсинда? – воскликнула Мани. Воскликнула так громко, что две малышки, услышав её, заплакали. Третья молчала. Вот и ответ. Теперь Мани знала, которая из них Люсинда.

– Все они Люсинда. И всегда будут Люсиндой. Она одна в трёх лицах, – сказала Мани её мать. – Однако дай им всем свои собственные имена. Дай каждой из них собственную силу. Дай им любовь и воспитай их. Они твои дочери. Все они.

С этими словами Нестис оставила Мани в детской наедине с её дочерями. Мани взяла на руки Люсинду, затем посмотрела на двух остальных малышек.

– Руби, – нарекла она одну из них.