Зло под солнцем

Капитан Маршалл отвечал на задаваемые ему вопросы спокойным тоном. Его строгое лицо не выдавало ни малейшей нервозности. Это был отлично воспитанный интересный мужчина с правильными чертами лица, твердым и хорошо очерченным ртом, ясными голубыми глазами и приятным голосом.

— Я прекрасно понимаю, — начал полковник, — что судьба нанесла вам жестокий удар, но, я думаю, вы тоже понимаете, что я обязан пролить свет на это трагическое происшествие.

— Естественно. Продолжайте.

— Миссис Маршалл была вашей второй женой?

— Да.

— Как долго вы были женаты?"

"— Немногим больше четырех лет.

— Какую фамилию носила миссис Маршал до брака с вами?

— Ее звали Хелен Старт. В театре она взяла себе псевдоним Арлена Стюарт.

— Она была актрисой?

— Она выступала в ревю и в мюзик-холле.

— Оставила ли она сцену после замужества?

— Нет. Она продолжала играть и ушла из театра только полтора года назад.

— Была ли у нее какая-либо особая причина отказаться от театра?

Прежде чем ответить, Кеннет немного подумал.

— Нет. Просто театр перестал увлекать ее.

— Она покинула его не по вашей просьбе?

— Нет.

— Как вы относились к тому, что после вашего брака она все еще продолжала выступать на подмостках?

— Я, конечно, предпочитал, чтобы она оставила сцену, но я не придавал этому большого значения.

— У вас не было споров по этому поводу?

— Никогда. Я предоставлял моей жене полную свободу.

— Был ли ваш союз счастливым?

— Безусловно.

Капитан Маршалл ответил на этот вопрос холодным тоном.

— Капитан Маршалл, подозреваете ли вы кого-либо в убийстве вашей жены?

Ответ прозвучал немедленно и категорично:

— Нет.

— Были ли у нее враги?

— Это не исключено…

— А! — воскликнул Уэстон.

— Не поймите меня превратно, полковник, — с живостью заговорил Маршалл. — Арлена была актрисой и очень красивой женщиной. Это два серьезных основания для зависти и ревности. Ее игра на сцене и ее красота способствовали появлению у нее врагов. Женщины редко проявляют друг к другу милосердие, и я охотно верю тому, что некоторые из них ненавидели Арлену.

— Короче говоря, мсье, — обратился у нему Пуаро, впервые взяв слово, — вы считаете, что у миссис Маршалл были только враги-женщины? Исключительно женщины?

— Да, — подтвердил Маршалл.

— Вам не приходит на ум ни один мужчина, который мог бы питать к миссис Маршалл враждебные чувства? — спросил Уэстон.

— Ни один.