Зимнее Сердце (СИ)

Компания или нет, но я присмотрел себе настоящую награду, - Тони следил, как он, подняв портфель, направился к дверям, пребывая в своем обычном приподнятом настроении. - К тому времени, как кто-то появится, чтобы разыскивать меня, я буду на расстоянии в одну червоточину, строить себе неприступную крепость, за которую любая страна на планете заплатит бешеные деньги. Если я должен сделать это в то время, как ступаю по спине какого-то демона, пусть так. В конце концов, это сила, которая имеет значение, Тони, и я планирую обладать ею всей.

Звук шагов и смех - и Обадая ушел. Забрав с собой стойки червоточин, осознал Тони с запоздалым толчком. Он оставил их у двери в прихожей неделю назад, когда вернулся. У Обадаи есть что-то вроде костюма, у него есть дуговой реактор и у него есть ключ к Зимнему Сердцу.

И Пеппер…

Тони скосил глаза насколько мог, но все, что он увидел - это тоненькая струйка крови, текущая через гладкий пол. Кровь Пеппер.

Где-то снаружи с урчанием пробудился к жизни двигатель и исчез в ночи.

Это конец, понял Тони, медленно отказываясь от попыток пошевелиться. Без Пеппер, без Локи… пусть шрапнели погубят его, как должно было случиться еще несколько месяцев назад.

Они могли со всем покончить.

Они уже не имели никакого значения.

Замок Зимнее Сердце

Сидящий на воротах Хескамар почувствовал пространственную брешь, как разрыв на собственной коже и костях.

Самозванец.

В лесу стая волков подняла к небу глаза. Знакомый запах. Кровь Фенрира слишком хорошо знала зловоние предательства.

Вокруг зимней тюрьмы метель начала завывать подобно обитателям Хель.

Судьбы пришли в движение.

А глубоко в замке Локи вглядывался в сияние яблока и ни о чем во внешнем мире не волновался.

Там для него ничего не было.

Асгард - Тронный зал

Один ударил Гунгниром об пол. Разрушительный свет треснул как свист хлыста над головой.

- Пришло время.

Фригга лишь прикрыла глаза.

- Верь, муж мой, - тихо произнесла она, ее голос остался твердым, несмотря на дрожь губ. - Верь в Локи.

Через океан пространства и света, закручивающегося в спираль, Один не отрывал глаз от человека, пойманного в ловушке собственного тела, его дева-защитница истекала кровью подле его ног.

- Вера и катализатор, - изрек Один и поднялся на ноги. Всевидящий взор искрил чистейшим белым могуществом. - Вы все хитрили все это время. Пора и мне приложить руки. Хугин! Мунин! - пара воронов вскрикнула в своих оковах, вырываясь на свободу, чтобы закружиться вокруг Всеотца в яростном волнении.