Живой журнал

— Привет, Андрей, — металлическим голосом произносит Самойлова, а её синий взгляд говорит мне: «Да будь ты, Серый Волк, проклят». Оглядев позу женщины и задержавшись на деталях (руки, стиснутые в карманах в кулаки, лихорадочное покусывание губ и очень бледные скулы), поднимаю глаза на уровень её глаз:

— Итак, Ира, ты хочешь узнать, кто за тобой следил. Так?

— Да, хочу. Но это ведь не ты был, Андрюша? — Ира с едкой насмешкой смотрит на меня. — Ты же тут не работаешь?

— Ну, вообще-то это был именно я, — как ни в чем не бывало, говорю я.

 — И, кстати, я тут тоже работаю. Ну и что из этого?

В глазах Самойловой начинает вызревать ураган, а в полумёртвом взоре Фадеева просыпается интерес к жизни. А я смотрю на этих двоих и про себя прикидываю, что в активе у меня несчастный Дядьсаша, который сейчас почему-то «за» меня, а в пассиве — Ира, которая сейчас явно «против».

«Андрей, я никогда не уйду просто так и никогда не буду против тебя…». Вот тебе и все её обещания. Впрочем, давно изучив многоликую женскую натуру, я тоже не особо надеялся, что Ира сдержит слово, данное мне.

При этой мысли мои губы украшает весьма циничная ухмылка. Открываю рот, чтобы преподать Самойловой урок почище вчерашнего, но меня прерывает писк моего мобильного.

— Пять минут, и мы продолжим, — сообщаю я всем присутствующим.

— Что, твой наёмник с букетом звонит? Надеюсь, вы там не очень на меня потратились? — Ира просто искрится весельем.

— Какой наёмник? С каким букетом? — оживился Фадеев.

В ответ равнодушно пожимаю плечами:

— А я не знаю, с каким букетом. Это у вашей Самойловой надо спросить. Одна романтика у неё в голове: принцы, восточные сказки… И распродажи… Лично мне моя консьержка с утра сообщения шлёт, потому что у меня ключи кто-то свистнул. — И я утыкаюсь взглядом в криптофон.

— Ах ты… — тут же вспыхнула Ира. Не отрывая взгляда от дисплея, бросаю ей:

— Самойлова, может, пока передохнешь, а? Мне, правда, ключи от квартиры нужны.

Ира неохотно кивает, складывает ручки на груди и морозит меня ледяными глазами.

Фадеев собирает ладони в замок, трогает кончик носа и задумчиво смотрит на меня. А я пробегаю глазами полученное сообщение (оно четвёртое и последнее от Виталика):

«Сергеич, дружок этой Самойловой (Иванченко) сказал, что она куда-то на Ленинский проспект поехала. Красный „кавасаки“, номер 8776, черный шлем AGV. Имей в виду, байк куплен этим Иванченко, а барышня водит его по генеральной доверенности.