Жестокий 2. Тебе не сбежать

Несколько нервных срывов за последние три недели. Всё это могло быть причиной тошноты и отсутствия месячных, и до определённого времени я думала, что так и есть. Но с каждым новым приступом понимала, что могла забеременеть от Булата. И это наводило ужас похлеще самого Имрана. Мне только этого не хватало. Забеременеть от насильника – пожалуй, самое страшное, что может случиться с жертвой.

– Что-то ты не особо болтливая сегодня, – подмечает он, а я отрываю взгляд от тарелки, едва удерживая в себе содержимое желудка.

– Пожалуй, я буду мясо и овощи.

Он кивает женщине, что вертится вокруг стола, и та меняет мне тарелку.

– Спасибо, Лала, – это уже ей. – Можешь идти, – спроваживает женщину Басаев и наливает себе коньяка. – Будешь?

Я отрицательно мотаю головой, продолжая его рассматривать.

– Хочешь мне что-то сказать?

Много чего хочу ему сказать. Но благоразумнее будет засунуть язык поглубже и начать, наконец, действовать.

– Хочу спросить у тебя кое-что.

– Хочешь – спрашивай, – тянет равнодушно, отпиливая ножом кусок рыбы.

– Вот отомстил ты брату, уничтожил, проходя, ещё несколько человек. А дальше-то что? Что вы с Машкой намерены делать теперь?

– Не знаю, что намерена делать Машка. У меня же всё отлично, – издевательски выгибает бровь. – А у тебя как дела? Поумнела? Или всё ещё мечтаешь сбежать от меня?

Горько улыбаюсь, качаю головой.

– Мы оба знаем, что у меня не получится. Нет, я больше не буду пытаться.

– Тогда задам тебе тот же вопрос: что ты намерена делать дальше? – его взгляд недвусмысленно сползает к моему декольте и задерживается там на добрую минуту.

– Я отвечу, если ты скажешь мне, чего хочешь. Что именно тебе от меня нужно?

Он всё же поднимает глаза на моё лицо, вставляет в зубы зубочистку.

– Драть тебя хочу. Как суку. Свою суку.

Да уж… Чётко обозначил свою позицию.

– Что я буду от этого иметь? – спрашиваю без раздумий, и его это немало удивляет.

– Да ну? А как же «тебе придётся меня изнасиловать» и так далее по тексту? – откидывается на спинку стула с победной ухмылкой.

– Хочешь услышать, что ты меня сломал?

– А это так?

– Наверное, – поджимаю плечами. – А может, я просто устала от твоей тюрьмы. Я хочу всё изменить.

– Тааак, – наводящим тоном тянет он.

– Я буду твоей. Так, как ты этого хочешь. Но только на своих условиях. Во-первых, я хочу больше свободы. Я хочу выходить за территорию твоего дома. Хочу денег на шмотьё и побрякушки. Хочу чувствовать себя человеком, а не рабыней взаперти.