Жесткий вариант

"

"Если бы пацан влил крэк во флакон из-под духов, розовый запах все равно должен был остаться. Отсутствие же запаха наводило на мысль, что во флаконе духов никогда не было. Значит, крэк фасуют в предназначенную для Духов тару прямо на заводе? Но если это оптовый товар — его производство накроется, как только первый такой флакон попадет в руки милиции. Получается, что фасовка предназначена не для продажи, а для транспортировки. Где могут вскрывать коробки с духами? На таможне? Куда-то отправляют небольшими партиями и там флаконы с духами отделяют от таких же — с крэком, а последние опустошают и ампулируют или кристаллизуют?

Неплохо придумано! Хотя и не ново: случаи провоза нар котиков в тюбиках с зубной пастой, растворенными в вине, водке, не говоря о всевозможных лекарствах…

Постой, постой, Веня!

Если это крэк — лабораторного изготовления, а не пацан влил его в тщательно вымытый флакон…

И в водке «Представительской»!.

И в духах «Золотая роза»…

И в лекарствах фармацевтической фабрики…

Во всей продукции закрытого акционерного общества «Мак» среди бутылок, флаконов и пузырьков с содержимым, соответствующим наименованию товара, транспортируется аналогичная тара с крэком?

Они получают кокаин из Санкт-Петербурга в партиях сырья для филиала фармацевтического производства… в подпольной лаборатории производят крэк… и переправляют морем… через Украину?.

Вся эта механика показалась мне вдруг такой простой, что было непонятно, как о ней не догадался Володя.

Стекла «гольфа» запотели. Я поискал глазами тряпку и наткнулся на темный предмет, валявшийся за спинкой пассажирского сиденья, — им оказались брюки юного любителя острых ощущений. Для протирки стекол они не годились, зато в заднем кармане на «молнии» я нашел водительское удостоверение на имя… Ардатова Валерия Васильевича, 1978 года рождения, выданное в июле сего года, а в нем — доверенность на автомобиль «фольксваген-гольф» 1983 года выпуска, принадлежащий Ардатову Василию Семеновичу — брату владельца кафе «Сфинкс» на улице Московской!

О-ля-ля!

«А как второго зовут — не знаю, он не из нашего дома», — сказала почтальонша о старшем Ардатове.