Мама для дракончика или Жена к вылуплению

Я пыталась его утихомирить и занять чем-нибудь полезным или хотя бы не таким вредным, но любую мою инициативу брат встречал с упрямством барана — из-за запрета выходить на улицу он записал меня в стан врагов, не желая понимать, что это опасно. Все мои предложения обращались против меня же. Когда я предлагала почитать книжку, он начинал издавать противные звуки, когда предлагала порисовать красками, он, оставшись без присмотра буквально на несколько минут, налил воды прямо на стол и развозил по всему столу, в результате чего я испачкала рукав платья.

Я понимала, что так проявляется недавний стресс, слишком много напряжения, слишком долго во время моей болезни он вел себя паинькой, а тут еще и невозможность побегать на улице и выплеснуть лишнюю энергию. К тому же, я ощущала, что его магические структуры неспокойны. Это могло значить, что вскоре у Дэни проявится магия, хоть и рановато.

Эти мысли добавляли мне нервоза, тем более, что я еще полностью не восстановилась сама, а потому не могла почувствовать его состояние так четко, как привыкла. Мне все время казалось, что я что-то упускаю, будто я частично ослепла и натыкаюсь на вещи, которые раньше бы увидела четко, это раздражало. Меня все нервировало, а, когда на третий день Дэни, не выдержав, все же сбежал на улицу через оставленную кем-то из слуг заднюю дверь и спрятался в лесу, который здесь называли парком, у меня случилась форменная истерика.

Я выбежала его искать вместе со слугами, но он не откликался, справедливо ожидая наказания. И я не сдержалась. В моей голове метались образы один страшнее другого, что Дэни уже поглотила нежить или даже вселилась в него, проникнув в его магические каналы, и он придет обратно в имение уже став нежитью с налитыми чернотой глазами без белка.