Женись на мне

А сколько вопросов она задает? Умная, чуткая, стойкая.

— Ар-р-р! — Подавил желание врезать себе по челюсти и принялся раздеваться, стараясь не порвать одежду. Даже пуговицы все расстегнул, не сломав ни одной. Определенно, эти перчатки лучше предыдущих. Нужно будет Максу премию выписать. Вот завтра доеду до него, все равно с Верой в санаторий….

Так, ну это уже ни в какие ворота не лезет. Я эту девушку знаю всего ничего и подходить к ней не могу. Но….

Я принюхался и вытащил из кармана брошенного на стул пиджака свой платок, пропитанный ее запахом.

Она его несколько часов рядом со своим телом носила. Сжечь! Или просто выбросить? Постирать? Я еще осознать не успел, но рука с платком уже оказалась у моего носа. Я не смог сопротивляться желанию вдохнуть ее запах.

Вампир? Нет, я куда хуже. Теперь я наркоман. Точнее, токсикоман. Зависимый. И убежать я не смогу, природа не позволит. Так и буду мучаться десятилетиями, ошиваясь рядом с этой девочкой и не смея подойти. Буду смотреть, как она выходит замуж и счастливо живет с кем-то другим.

До меня только сейчас дошел тот факт, что эта Вера — моя женщина. И вообще все остальные проблемы, связанные с этим, начали доходить только сейчас. Чуть больше суток я ее знаю, а меня уже как будто каленым железом насквозь прожигает. Как я дальше с этим жить-то буду? Лучше сдохнуть, чем такое!

Но сдохнуть я не могу, по той простой причине, что от меня зависят люди и… нелюди. Много. Значит буду подыхать не физически, а как-то по-другому.

Осторожно расправив платок, положил его на тумбочку и рванул в душ. Нужно смыть ее запах, пока я с ума не сошел. Ага, а платок с собой не взял, чтобы мылом его залить. Самообман — он такой.

Я заранее достал и открыл банку с заживляющей мазью, включил воду и только после этого снял перчатки. Отложил их в сторону и встал под душ. Стало немного легче. Только когда взял в руки мыло, ранки защипало. Но это терпимая боль.

Вымывшись, я намазал руки, надел перчатки и только после этого смог вытереться полотенцем.

Нет, Макс все же молодец, что усовершенствовал формулу. Еще лет пять назад я бы порвал все полотенца к чертям собачьим. Антон со мной даже в душ ходил, с одеждой помогал, чтобы я каждый день в новом не ходил. Ткань в руках разъезжалась даже при использовании первых перчаток. Сейчас легче.

Я с ужасом представил, что было бы, если бы я прикоснулся к Вере без перчаток. Кожа очень легко рвется. Особенно человеческая.