Жених с браком. Наследник

Стоя на распутье, разрываемая между двумя мужчинами, я почти не сомневалась, к какому берегу примкну.

Пользуясь возникшей паузой, Дима подошел вплотную и вдруг обхватил рукой мой затылок, заставив застыть от сковавшего разум шока. И в следующую секунду мужчина накрыл мои губы поцелуем. Нежным, трепетным, осторожным, но… Чужим…

Я прислушалась к себе, и не ощутила ровным счетом ничего. Наоборот, все тело словно взбунтовалось, требуя немедленно избавиться от «инородного предмета». Сжала губы, не позволяя мужчине углубить поцелуй, и дернулась, но он только усилил хватку, обездвиживая меня…

Казалось бы, что мне еще нужно? Дима красив и умен, всегда ласков и добр со мной, в отличие от некоторых.

Но я, кажется, больше не хочу, чтобы меня спасали от Дракулы, даже если он и дальше будет медленно пить мою кровь… Цыганка нагадала мне ангела с крыльями, а меня тянет к демону, который обрубает мои…

Вечно я выбираю не тех мужчин.

«Не тот мужчина» не заставил себя долго ждать. Как раз в тот момент, когда я выставила руки, пытаясь оттолкнуть навязчивого Щукина, краем глаза заметила мелькнувшую рядом тень — и уже через секунду Дима отлетел от сильного удара, впечатываясь спиной в противоположную стену."

"Влад оказался передо мной, заслоняя своим мощным телом от опасности, если это можно было так назвать…

— Она того стоит! — с горечью бросил Дима, вытирая кровь со своей губы.

Глава 6

Я не видела лица Влада, но чувствовала, что он на грани. Вырвавшийся на волю зверь мог натворить что угодно, не заботясь о себе и своей репутации. Не дожидаясь, пока Углицкий снова набросится с кулаками на Щукина, я обошла мужа и стала между ними, рискуя попасть под горячую руку, но иного выбора не видела — надо было срочно уводить Влада отсюда.

Углицкий смерил меня пылающим от ярости взглядом и сильно стиснул зубы.

Лихорадочно вздохнув, Влад сильно схватил меня за запястье и сам потащил к выходу.

— А как же ваше лекарство от головной боли? — ошеломленно крикнул нам вслед невовремя появившийся администратор.

— Моя головная боль неизлечима, — процедил Углицкий, многозначительно посмотрев на меня, но не сбавил темпа.