Жена в подарок

— Клятву принимаю, — послушным эхом вторила я, совершенно забыв, что клятва магическая, а значит сейчас и волшебство будет.

«Сейчас» случилось после того, как слова клятвы повторили все фрейлины.

Я почувствовала магию буквально нутром. Моя собственная магия отозвалась жаром в груди на дар повелителя и магию женщин. Но спустя пару секунд я могла наблюдать цветные вихры воочию. Было очень красиво, настолько, что я залюбовалась всполохами зеленого, красного и желтого, которые собравшись в лучи устремились к нам с мужем.

Не испугалась, наверное, потому же — засмотрелась. А вот когда магические лучи коснулись рук Антареса, а к моим не стали — я занервничала. Неужели это потому, что я не до конца жена? Все же формулировка клятвы была несколько не той, какую стоило бы давать. Хватило бы просто принцессы, урожденной там-то и там-то, без уточнения, что она жена…

За эти несколько минут с меня семь потов сошли. Конечно, я переживала! Одно дело наша договорённость с Антаресом, совсем иное посвящать в нее кого-то постороннего.

Мысленно я повторяла, что я жена повелителя. Вот жена и точка, и все у нас будет. Когда-нибудь… Как только — так сразу.

Мой ли мысленный вопль помог, или так и было задумано, что должна быть задержка, но лучи наконец коснулись моих кистей. Было щекотно, а еще я вдруг отчетливо ощутила весь спектр эмоций, стоящих передо мной фрейлин.

Сначала я ничего не поняла. Стояла оглушенная, разве как рыбка ртом не хватала, хватило выдержки, но в остальном…

Это было дикое и даже в чем-то отвратительное ощущение, словно бы меня поделили на несколько частей, и каждая из частей не принадлежала мне одной.

Я была и леди Марэль, которая испытывала непреодолимую тоску по кому-то и одновременно горечь от того, что с этим кем-то ей свидеться не суждено. Но это глубоко внутри нее, а на поверхности осторожная радость от того, что ее не выкинули ненужной игрушкой и желание быть полезной.

Я стала и леди Ланэль, которая пребывала в шоке и искренне не понимала, как с такими личностными характеристиками, ее все равно допустили к жене повелителя.