Жена повелителя эльфов

Он перевел взгляд на советника: — Ты считаешь, что она могла подвергнуться такому же воздействию? — спросил он.

— Давайте у нее и спросим, — вперил в меня взгляд Верисель.

— Если меня чем-то и опоили, то я этого не помню, — совершенно честно ответила я. — Разве не в этом смысл стирания памяти?

— Вы совершенно правы, принцесса, — широко улыбнулся Верисель. — Но сейчас наша общая задача — выяснить, что же произошло с вами. Если окажется, что память вам и смотрителю за грифонами стерли сходным образом, у нас появится зацепка.

Я смотрела на Вериселя и пыталась понять, что он задумал. Если он замышляет заговор против Тайронира, и действовал вместе с Ленариэль, то почему сейчас, при повелителе, задает мне такие провокационные вопросы? Ведь он, вроде бы, считает, что я симулирую потерю памяти. Или он больше не доверяет Ленариэль?! Ведь наша встреча наедине закончилась не очень приятно для него.

— Как вы намерены это выяснять? — спросила я.

— Если ты намекаешь на то, чтобы подвергнуть ментальному сканированию мою жену, то этого не будет, — вмешался Тайронир.

— Жену? — лицо Вериселя неподражаемым образом вытянулось, а на щеках появился румянец. Он откинулся на спинку дивана и сощурился, разглядывая нас примерно с таким же выражением, как до этого верховный маг. Вот как бы выяснить, что они таким образом рассматривают?

— Как видишь, мы прошли обряд, — сказал Тайронир, улыбнувшись и взяв меня за руку. — Поэтому сам понимаешь, как я не хочу рисковать здоровьем Ленариэль в этой ситуации.

— В таком случае, я хотел бы, чтобы лиирра Нариили… повелительница… — на этом слове советник запнулся, — взглянула на потерявших память. Особенно на того, чья личность была стерта.

— Смотрителя грифонов? — уточнила я. — Но чем это поможет?

— Насколько я сумел выяснить, то, что с вами произошло, выглядит так, словно к вам и несчастному слуге применили одно и то же зелье и магическое воздействие. У меня подозрение, что на смотрителе злоумышленники тренировались.

"— Ленариэль сейчас требуется отдых, и ей следует избегать любых волнений. — возразил повелитель. — А завтра и так напряженный день — состоится празднество в честь нашего обряда единения.

Я тоже, если честно, совершенно не поняла, зачем мне встречаться со слугой, которому стерли память. Ведь мне-то точно известно, что память я не теряла. Но, с другой стороны, сидя в комнате и «отдыхая», как того хочет повелитель, я долго буду узнавать этот мир.