Жена по праву

А что, прекрасная идея! Не будет же он подтверждать брак с полуживой супругой? Выиграю время, а там…

Может, Валери объявится? Я ведь сильная! Очень сильная! Я не могу умереть!

— Три минуты, — донеслись слова палача, и я подёрнулась, как осиновый лист на ветру.

Наспех вытерев длинные волосы, завернулась в белый махровый халат, на груди которого была вышита красивая золотая буква “А”, и с глубоким медитативным выдохом сдвинула защёлку.====================Мои дорогие, если книга нравится, ставьте лайк - мне будет очень приятно=) Спасибо!

7"

"Но от увиденного чуть не задохнулась.

Избежать связи с Ни-и-им?! Ка-а-ак? Если он стоит там такой красивый и… голый!

Ладно, не совсем голый, в брюках, но без рубашки! Опёрся на стол и так сексуально потягивает вино.

Я зажмурилась, прогоняя запретное видение.

Но…

Как развидеть гору мускулов, мерцающих в приглушённом свете ламп? Точёные рельефы идеально развитых мышц, словно этого мужчину лепили древнегреческие скульпторы.

— Минута, Валери!

Я услышала приближающиеся шаги и замерла, как мышь в норке, у которой поджидал кот. Что-то подсказывало, штрафные минуты мне никто не подарит.

— Сейчас, я кое-что забыла… — пискнула я.

Что же делать? Что? Соберись, Лера! Приготовься сказать о месячных.

— Десять. Девять. Восемь…

Я открыла дверь, не дожидаясь, когда лорд-инквизитор досчитает до нуля, ворвётся и выволокет меня, распяв на кровати. Или на столе…

— Нам надо поговорить, — проговорила я, поднимая взгляд на палача.

Нет, не древнегреческие скульпторы его лепили! Те скромно курят в сторонке со своими недоделанными мужскими причиндалами. Достоинство же моего “супруга” под натянутой тканью брюк заставляло меня хорошенько волноваться.

По коже пробежали мурашки от воспоминания, что я уже ощущала жар его плоти на своей коже, когда он... Это было слишком волнующе и желанно, чтобы я могла не думать. Не в ближайшие лет десять или даже сто десять, извините.

— О чём поговорить, Валери? — нахмурился лорд-инквизитор.

В звуке его голоса слышалось раздражение, нетерпение и леденящий холод. Нет, он не пожалеет меня. Задушит этими самыми руками, если узнает, кто я.

— Для начала зови меня Лера.