Жена некроманта

— Целовались?! Ты не ошиблась?

— Поверь, я все прекрасно видела своими глазами. Они целовались, и обнимались, и шептали друг другу всякие нежности на ушко…

Амеллин слегка поморщилась, вспомнив эту неприятную сцену. В том, что сцена была неприятной, я была уверена целиком и полностью — застать юного изменника в объятиях сиделки не так-то уж и приятно!

— Но это значит… О Боги, бедная Присцилла, — вымолвила я.

— Надо ей рассказать, — солидарно качнула головой Мелли и встала с кровати, намереваясь пойти к бедняжке Цилле.

Я только и успела, что схватить ее за руку и гневно прошептать:

— Мелли, ты с ума сошла? Хочешь среди ночи огорошить ее таким известием? Да мы все потом до утра не уснем! И потом…"

"Я поджала губы, пытаясь представить, как вредная Присцилла отреагирует на новость об измене жениха. Наверняка она…

— Она нам не поверит, — закончила я мысль вслух. — Ты же знакома с ней. У нее на редкость противный характер, и скорее всего, она опять будет обвинять меня в том, что я пытаюсь лезть не в свое дело.

— Но мы не можем промолчать! — Амеллин всплеснула руками и уставилась на меня. — Как же это? Ведь Присцилла так счастлива, целыми днями только и говорит о своей свадьбе! Ты хочешь сделать вид, будто мы ничего не знаем?

— Конечно, нет, — решительно отмела я эту идею. — Что за вздор? Мы все расскажем, но сейчас. Нужно придумать, как сделать так, чтобы Присцилла собственными глазами увидела истинную сущность своего жениха.

— И как? — заинтересовалась Амеллин.

— Пока не придумала, — пожала я плечами и зевнула. — И вряд ли придумаю. Спать очень хочется. Вот что, давай-ка хорошенько выспимся, а утром спокойно все обсудим.

Мелли неодобрительно поджала губы, но уступила, по опыту зная, что от сонной меня немного толка. Однако утром спокойно обсудить подлого изменника и вероломную Полли у нас не получилось — проспав несколько часов, я была нещадно разбужена Стелой, которая ворвалась в комнату и как тень стояла надо мной, тряся за плечо.

— М-м-м… Что надо? — шикнула я на нее, с трудом разлепив глаза. За плотными шторами брезжил слабый рассвет, и по моим ощущениям на часах еще не было и шести часов. — Стела, прекрати меня трясти!

— Госпожа Виринея, вставайте, — зашептала девушка. — Господин, то есть мой брат, ой, то есть ваш муж…

— Короче, — рявкнула я, с завистью поглядывая на мирно спящую рядом Амеллин.

— Он уезжает, — испуганно сказала Стела.