Жена князя Луны

Все дело было в том, что травница совсем не хотела представлять себя в роли профессионалки. Ведь если оборотень был связан, то, получается, она сама на него набросилась?!

– Нет таких веревок, которые действительно смогут удержать оборотня, – серьезно ответил тин Шторм. – Эти веревки мы делаем для себя сами и руки себе связываем тоже сами. Чтобы даже на пике безумия помнить, что несвобода – наш выбор. Именно поэтому я и считаю, что прав: у вас истинная связь ша-раарти.

– Потому что он рухнул в гон? – недоверчиво фыркнула травница.

– С ним такого никогда не происходило, потому он и был столь преступно легкомысленен. Он встретил вас, миледи, он признал вас, где-то глубоко внутри. Скорее всего, он признал вас своей парой не головой, а подсознанием. Но его разум был занят другими мыслями: коронация, женитьба. До уз ли? А вообще, вам просто нужно поговорить по душам. Откровенно, на что вы готовы пойти, на что готов пойти он, и как теперь строить жизнь. Кто бы ни был виноват, ваши жизни изменились."

"– Он мог бы отказаться от свадьбы, – выпалила вдруг Каэль.

 – Оборотни все равно дольше живут! Да и, как я поняла, ему не нужен чистокровный наследник для короны – у вас иная система власти. Разве нет?

– С властью у нас все сложно, – уклончиво ответил Сайрен. – А отказаться от женитьбы он не может. Вернее, отказаться-то он может, но без толку. Первая часть брачной клятвы произнесена.

– Это как? – удивился Ричард.

– У людей, если я не ошибаюсь, мужчина сватается к девушке, потом идет помолвка и потом свадьба, верно? – Сайрен дождался утвердительного кивка травницы и продолжил: – У нас почти так же.

Мужчина приходит к избраннице и начинает брачный ритуал. Он произносит свою часть клятвы и уходит, давая тем самым избраннице время на раздумья. Затем девушка приходит к жениху и произносит свою часть клятвы. Либо отрекается от жениха. Так что от Илуора ничего не зависит. Он, разумеется, поговорит с невестой. Но дальше решать будет только Астара.

– А что ей решать? – пренебрежительно фыркнула Каэль.

 – Арфель родит, и волчица просто вызовет ее на Арену. Нет ша-раарти – нет проблем.

Сайрен расхохотался, и его хран, испугавшись неожиданного и громкого звука, шарахнулся в сторону.

– Если умирает ша-раарти, то за ней следует и то-соэлен, – отсмеявшись, объяснил оборотень. – А вот если то-соэлен умрет, то ша-раарти продолжит жить. Жизнь женщины всегда драгоценней жизни мужчины. Так что никто не вызовет ша-раарти на бой, у нас не поощряют двойные убийства.