Жена для эльфийского принца

И все же… Голоса деревьев, искры из пальцев, свет повсюду… Проверять свою дурь и силу в очередной раз Вика не стала, уныло вздохнула и начала искать ванную. Лучше всего ей думалось в воде, поэтому дома она всегда держала под рукой, для принятия ванны, чуть ли не годовой запас разных солей, масел, гелей и муссов. Увы, здесь не было ничего такого. Все, что могла предложить ей эта реальность, — железный поддон и устройство в виде душа в отдельной комнате.

— Что ж, пусть так, — пробормотала Вика, настроила нужную температуру и встала под струи воды.

Мысли поскакали потревоженными блохами. Эльфы. Жрица. Боги. Сверхъестественное. Сумасшедший дом. Вот точно, Вика, пока бежала по лесу, споткнулась, ударилась обо что-то головой и сейчас лежит в больничке без сознания. А вся эта муть ей лишь снится.

Вода почему-то сменила температуру, и кожу обожгло горячей струей. Взвизгнув, Вика выскочила из-под душа, недовольно взглянула на своевольную конструкцию, надулась и сообщила:

— Даже если это правда, и я, блин, жрица, я все равно найду способ вернуться домой!

Вода подобралась к пальцам ног, насмешливо лизнула их и укатила обратно, в поддон.

Вика мрачно выругалась, потянулась за широким махровым полотенцем, начала растираться.

Остаток ночи прошел быстро, и выспаться Альберт не успел. Встав рано утром, он тихо материл свою судьбу, так некстати вытолкнувшую на его жизненную дорогу одну наглую и глупую жрицу. Завтрак удовлетворения не принес, на постельные игры времени не оставалось.

К совету старейшин Альберт готовился тщательно, вызвав личного слугу и долго прихорашиваясь перед зеркалом. В небольшое, отдельно выстроенное здание, в котором заседал совет, традиционно следовало являться в строгом темно-коричневом костюме и сапогах для верховой езды. И никак иначе — не поймут. Эльфы считались долгожителями среди остальных рас, и те, кто заседал в совете, редко были моложе трехсот лет.

— То есть вы, ваше высочество, утверждаете, что нам стоит смириться со жрицей из людей? — в который раз повторил высокий, сухощавый, четырехсотридцатипятилетний эльф.

Альберт подавил раздражение.

— Именно так, почтенный Аристарх, — ответил он как можно более вежливо.