Жена для Чудовища

Толстые стены с узкими прорезями окон и создавали ощущение, что его атакуют пожиратели не реже двух раз в неделю, поэтому позволить себе декорации они не могли. За стеной оказалось много строений, было видно тренирующихся гвардейцев и виверн самых разных цветов, которые, будто голуби, занимали места на крышах и стенах.

Одуванчик приземлился на широком балконе, который будто специально выстроили для подобного. Ливай спрыгнул и одёрнул куртку, лицо превратилось в маску. Помог спуститься мне, после чего сдержанно и осторожно расправил загнувшийся подол платья.

Виверны остались на балконе, а мы втроём миновали следующую за ним комнату и оказались в огромном сдержанно украшенном зале. В дальней части располагался небольшой подиум, на котором патетично возвышался трон, а за ним полукругом горел длинный очаг-камин. Интересно, нежарко там сидеть?

Перед подиумом стояло двое мужчин, но, когда мы прошли половину зала, один поклонился и ушёл. Второй, в тёмной рубахе, повернулся к нам. Армандо придержал меня за руку, останавливая метрах в пяти от него, Ливай подошёл почти вплотную.

— Император, — поздоровался мой муж. — Зачистка Кватрума завершена. Тёмные ещё остались, но их добьют отряды поменьше. Пожиратель ликвидирован.

Мужчина никак не изменился в лице.

— Потери?

— Четыреста двадцать человек, из которых два капитана и один чёрный страж — кандидат в защитники города.

Ливай тоже остался невозмутимым. Они будто смотрят в окно и обсуждают лежащие на улице камни.

— Ты помнишь мой последний приказ, перед тем как вы отправились на задание?

Ливай завёл руки за спину.

— Так точно.

— И почему ты его не выполнил? — в голосе императора послышалась угроза. — Нападения тёмных случаются всё чаще, а ты позволяешь армии лишиться четырёхсот двадцати человек? Сколько из отправившихся с тобой ранены? Некоторые умрут, кто-то останется калеками и всё потому, что ты не взял женщину.

— Я ходил в императорский гарем, как вы и приказывали, — Ливай поднял подбородок. — Но никто из наложниц не согласился сопровождать меня на битву и проявлять хотя бы подобие чувств.

Император посмотрел на меня. Взгляд также сверкнул сталью. Точно отец.