Лапочки-дочки из прошлого. Исцели мое сердце

Полноценная семья, готовая принять меня, бракованную. И к которой я, кажется, уже привязалась. Приклеилась намертво.

И все-таки… опять анализирую. Неисправима.

Вздохнув и мысленно пожелав им спокойной ночи, я осторожно беру вещи с полки, и разворачиваюсь к лестнице. Спускаюсь на пару ступенек.

- Вера, - хрипло и недоверчиво раздается позади.

- Не хотела тебя будить, - шепчу, оглядываясь с виноватой улыбкой. Одна рука застывает на поручне, а вторая – прижимает одежду к груди. Не чувствую неловкости. Взамен окунаюсь в иллюзию семьи.

Костя аккуратно и неспешно, чтобы не потревожить двойняшек, спускается с постели. Коснувшись ногами пола, упирается локтями в колени и дает себе пару секунд, чтобы проснуться.

- Я не спал, - спорит невозмутимо и, зажмурившись, трет щеки ладонями, чтобы взбодриться.

- Контролируешь все даже во сне? – не могу сдержать ехидного смешка. Но он реагирует на мой выпад снисходительной улыбкой.

- Издержки отцовства, - покосившись на спящих детей, неторопливо идет ко мне.

- Собираешься уезжать? – выдыхаю ему в грудь, когда он становится вплотную ко мне.

- Надо бы… - настороженно смотрит на меня сверху вниз. - Через часик выдвигаюсь, чтобы успеть в офис до начала рабочего дня, - спускается на мою ступеньку, чтобы мы были на одном уровне.

- Дай мне пять минут переодеться. Потом сварю кофе, - машинально выпаливаю, потому что привыкла ухаживать за малышками и теперь переношу обычную, повседневную заботу на их отца.

- Не надо, не беспокойся, - растерянно покашливает он.

- Себе, Кость, - усмехаюсь, чтобы снять напряжение. - Могу на двоих, если ты хорошо попросишь.

- Потренируюсь пока перед зеркалом, чтобы ты не отказала, - поддерживает шутку. - Если серьезно, иди отдыхай, Вера, - поднимает руку к моему плечу, проводит к локтю, обхватив его бережно.

- Я все равно не смогу уже уснуть, - пожимаю плечами. И, высвободившись, спускаюсь в гостиную, где мы с Костей молча расходимся.

Он скрывается на кухне, а я присоединяюсь к нему позже, ухоженная и приведенная в порядок. В домашнем льняном платье, скрывающем фигуру, я чувствую себя увереннее и свободнее. Чего не скажешь о Косте. Устроившись на том самом диване, где мы не так давно были вместе, он задумчиво поправляет манжеты на рубашке, до конца не высохшей после дождя. Выглядит мрачным и скованным, словно озадачен чем-то. Решаю не мешать ему.