Железная корона

Они особенно действуют на молодых мужчин, заставляя их открыто и искренне проявлять свои намерения. Я надеялась, что принц вытворит что-то неприличное и король, а вместе с ним и твой опекун, магистр Линард, сделают все возможное, чтобы ускорить свадьбу. И похоже, что именно так и произошло.

— Как вам не стыдно! — воскликнула я. — Мне же утром было так плохо.

— Ну тут виновата не я, — хмыкнула магистр Малони Калмин. — От той капельки духов, что ты нанесла на себя перед балом, всего лишь повалялась бы день в постели.

Но ты, похоже, решила добавить еще?

— Да! Потому что вы меня не предупредили! А должны были, вы ведь преподаватель, а я студентка.

— Повзрослей, деточка, — сказала магистр Калмин резко. — Я, может быть, и преподаватель, но прежде всего я женщина. И могу бороться за свое счастье всеми доступными способами. Лучше тебе было выпить то зелье, — сказала магистр Калмин и тут же прикрыла рот рукой.

— Какое еще зелье? — я пристально посмотрела на нее.

— Боги, зелье забвения! Я ведь специально задала тебе его на экзамене.

Присматривала, чтобы ты сделала его идеально и даже лично дала в руки флакон. Что мешало тебе его выпить? И напрочь забыть о том, что магистр Линард когда-то тебя интересовал. Ты бы просто ушла с моего пути и мне не пришлось бы придумывать ничего другого.

Я шмыгнула носом, искренне пожалев, что не взяла с собой платок. А ведь человеку с насморком следовало об этом подумать. Меня бил озноб, а в голове стоял тяжелый туман. Проклятие Филаи все больше и больше входило в силу.

Оно, конечно, защищало меня от запаха духов, но самочувствие было хуже некуда. Больше всего на свете мне хотелось как можно скорее закончить эту беседу, пойти в свою комнату и улечься под теплое одеяло. А если бы еще кто-нибудь принес горячего чаю… Но это было далеко не все, что я хотела выяснить. А поскольку магистр Калмин уже наглядно показала, что деликатничать с ней не стоит, я задала следующий вопрос:

— И что это за тайна, которую нельзя знать императрице?

Магистр Калмин бросила на меня уничтожающий взгляд.

Что ж, может злиться сколько хочет, а ответить ей все равно придется. И никто ей не виноват, сама создала эту гадость и явно не раз использовала ее на других.

— Не только императрице, — поникшим голосом сказала она. — Никому из тех, кто покупает мои снадобья, нельзя. У меня есть особый дар. Редкий дар, которым мало кто обладает…

И тут я снова вспомнила историю с темной меткой.