Желая тебя

— Он научил тебя сдерживаться?

— Да. Он многое знал о моем отце и считал, что научить меня самоконтролю — это лучший способ не дать мне повторить его путь.

— У твоего отца дурной нрав?

— Да.

Джози задумалась: а не из-за этого ли его родитель попал в тюрьму, но не хотела причинять Даниэлю лишнюю боль своими расспросами.

— Старшина Корделл, похоже, был хорошим учителем.

— Угу. Именно он и прозвал меня Нитро. Я тогда ненавидел эту кличку. Как постоянное напоминание о том, насколько много во мне было от отца, а старшина только этого и добивался.

Слушая его, Джози без труда читала между строк обо всех мучениях, которые пришлось вынести Даниэлю, прежде чем тот сумел выработать свой железный самоконтроль, и с содроганием произнесла:

— Что-то я не уверена, что хотела бы познакомиться с этим твоим старшиной.

— А придется!

— Ты думаешь, мы встретимся?

— Я вас познакомлю.

— Зачем?

— Он мой друг.

— Где он живет?

— Он перебрался в Тилламук.

— Поэтому-то ты и решил купить долю в отцовском тренировочном лагере? Чтобы видеться с ним почаще?

— Это было одной из причин.

Джози уже знала другую. Даниэль не был готов оставить профессию наемника, даже притом, что Вулф и Хотвайр это смогли.

Не желая зацикливаться на неспособности Даниэля отойти от такого военизированного существования, она сказала:

— В детстве я напоминала маме плюшевого Тедди, и она прозвала меня Джози-медвежонок.

Мужчина слегка дернул уголком рта, а карие глаза потеплели.

— Твое тайное имя?

Девушка с серьезным видом кивнула.

— Правда, я о нем особо не распространяюсь.

— Понятно почему!

— Считаешь, что оно слишком уж детское, или что мне оно не особо подходит? — с веселым блеском в глазах спросила его Джози, хотя до этого случая никогда в жизни не пыталась кокетничать. — Разве ты не находишь что мне чрезвычайно идут объятия?

— Это забавное прозвище тебе очень подходит, но, для твоей же безопасности, лучше не рекламировать, насколько ты мила. Другие мужчины могли бы неправильно это понять.