Желая тебя

И на этот раз Даниэль разделил его с ней: все его напряженное тело словно взорвалось. По мощи разрядка не уступала ядерному взрыву.

Она обмякла и обессилено повалилась на него.

Прежде чем притянуть голову Джози к своей груди, Даниэль одарил девушку долгим и медленным поцелуем. Она потерлась об него щекой, ластясь, словно маленький котенок:

— Это было удивительно.

— Мммм.

— Что значит это жалкое «мммм»?

— Слишком удивительно.

Джози рассмеялась:

— Ха, может это и есть неистовство сиу?

— Нет, — улыбнувшись, ответил Даниэль.

— Мне очень понравилось, Даниэль.

— Мне тоже, — ответил он и вздохнул, сожалея, что не может сейчас остаться с ней. — Но мне пора двигать отсюда, а то мы получим шанс снизить эффективность этого презерватива примерно на девяносто процентов.

— Это был бы конец света? — Джози прижалась поближе к нему. — Ты никогда не задумывался о том, как бы выглядел маленький Даниэль Блэк Игл? — шутливо спросила девушка.

— Нет. — И он мягко, но решительно отстранился, ясно давая понять, что не только его разум, но и тело отвергает ее слова, и быстро поднялся с кровати.

Даниэль точно знал, на кого был бы похож его ребенок. На него. Так же, как сам он является точной копией своего отца. Правда, гены, полученные от непутевого родителя, не то наследство, что следовало бы передать следующим поколениям.

Он сурово посмотрел на Джози сверху вниз:

— Я не гожусь на роль отца.

Девушка перекатилась на свою половину и задумчиво подперла щеку ладонью.

— Почему нет?

Он пожалел, что так неосмотрительно скинул с кровати одеяло, и Джози не могла прикрыть наготу. Даже несмотря на мерзкий холодок, пробежавший по нервным окончаниям после ее слов, плоть чутко отреагировала на смутное очертание изящных, женственных изгибов, проступавших из темноты.

— Я не хочу заводить семью. — Он принял это решение давным-давно и не собирался менять.

— Но теперь ты будешь заниматься подготовкой наемников. Это большая разница. — Джози села: ее поза уже не казалась такой расслабленной, как прежде. — Мой папа был хорошим отцом и, если мне не изменяет память, при жизни мамы еще и чертовски хорошим мужем.

Дикое напряжение скрутило внутренности Даниэля.