Жаркий Август. Книга вторая

Не думал, что такое возможно, что будет чувствовать к хозяйке что-то, отличное от ненависти и презрения. Только с Чу все иначе получилось. Все неправильно, не так."

"Ночь выдалась странная. Только коснувшись головой подушки, заснул, но сон странный. Вроде спишь, а вроде бодрствуешь. В голове все равно непрерывно обрывки мыслей бродят, кружатся, не давая окончательно забыться и расслабиться.

Снова становится горько до ужаса, от ощущения западни, из которой не выбраться. Потом перед мысленным взором всплывает момент, как все посторонние уходят из дома, оставляя их в покое.

И горечь отступает, сменяясь невыносимым, почти болезненным облегчением.

Утром как всегда вскочил раньше всех, чувствуя, как переполняет бурлящая энергия. Психованная, нездоровая.

Полчаса стоял под контрастным душем, пытаясь смыть вчерашний день. Бесполезно. Так и трясло, ломало изнутри, несмотря на то, что все закончилось, осталось позади. Похоже, нервы после вчерашнего придется долго восстанавливать. Ой, как долго!

Не зная чем себя занять, решил пораньше выйти на привычное рабочее место.

На кухню. Проходя мимо кабинета, с удивлением обнаружил, что дверь открыта. Все как вчера. Дежавю. Даже не по себе стало. Только в этот раз за компьютером сидит Лазарев, флегматично уставившись в монитор.

— Доброе утро, — Тимур остановился в дверях, привалившись плечом к косяку. Надо поговорить с Никитой, сказать, что благодарен. Без всяких игр, демонстрации зубов. Без всего того дерьма, неизменно сопровождающего их общение.

— Доброе? — Ник невесело хохотнул, — не знаю, как ты ночь провел, а я думал, что с ума сойду.

Внутри все кипело, сна ни в одном глазу. Хоть иди в этот ср*ный сад, деревья выкорчевывать голыми руками. Стоит только глаза прикрыть, как все заново накатывает. Нескончаемый диалог в голове и запоздалые мысли: надо было вот так сказать, или так, или так. Так что ничего доброго в этом утре не вижу.

Раздался звук входящего звонка. Никита опять нахмурился и покачал головой:

— Спаситель наш звонит. Уже, наверное, двадцатый раз.

— Так ответь, — если честно, хотелось хоть краем глаза глянуть на того, кто вытянул их всех, а особенно его, из черной бездны.

— Нет, — Лазарев категорично покачал головой, — ему Чу нужна. У них свой диалог, и вмешиваться в него не стоит.

Звонок затих, и парень выключил компьютер. С минуту они провели в полной тишине, после чего Никита шумно выдохнул и устало потер шею:

— Зайди-ка сюда и дверь прикрой, — тон изменился с устало-расслабленного на деловой.