Жаркий Август. Книга вторая

Лазарев, не отрываясь, наблюдал за Тимуром. Мне кажется, даже не моргал, не шевелился, только на скулах играли нервные желваки.

— Теперь я понимаю, почему она, — пристав кивнул головой в сторону двери, за которой скрылась Власова, — привязалась к вам. Такого можно по-разному использовать.

Все, чувствую, Тимур сейчас сорвётся. Он медленно поднимает голову, и мрачно смотрит на пристава. Вижу как подбирается, словно тигр перед броском.

О, черт!

Понимаю, что сейчас реально начнется ад и делаю шаг в его направлении.

Меня опережает Никита. Я даже не заметила, как он оказался рядом с Тимуром. Тяжёлая рука опускается на его плечо и крепко сдавливает, не давая шевельнуться, отрезвляя.

Тим словно выныривает из темной бездны, в которую начал погружаться. Поднимает мутный взгляд на Лазарева, который как ни в чем не бывало, начинает разговаривать с приставом, правда, руку не убирает:

— Да, крепкий парень попался. Сильный, — ещё жестче жмёт на плечо, — повезло, что послушный, лишних движений не делает.

На последней фразе делает особое ударение.

— Да? Странно, — пристав искренне удивляется, — с фиолетовой меткой и послушный? Нонсенс.

— Хозяйка хорошая попалась. Вот он ее и не хочет расстраивать. Так ведь?

Тимур, наконец, смотрит на меня. Впервые за все это время. Еле заметно киваю, призывая его к спокойствию. Взглядом пытаюсь погасить его порывы, потушить пожар. Ободряюще улыбаюсь уголками губ.

Тимур, чуть прищурившись, смотрит в ответ. На эти мгновения кажется, что весь мир исчезает, и остаёмся только мы с ним вдвоем.

"Слегка ведёт плечом, показывая, что в норме. Лазарев понимает это без слов. Ещё раз хлопает Тима по плечу и убирает руку.

С трудом перевожу дыхание, но спустя минуту, когда взгляд падает на циферблат, снова забываю как дышать.

Пошел третий, последний час.

От Барсадова ни звонка, ни весточки. Я не знаю, что и думать, секунды ускользают, словно песок сквозь пальцы.

Единственный человек, который может нам помочь — это отец Тимура. Если с его деньгами, влиянием, связями ему это не удастся, то больше неоткуда ждать помощи. Я верю — он сделает все, что в его силах, зубами будет рвать за своего сына. Главное, чтобы смог, чтобы успел.

Остаётся час. Уже меньше.